На пороге одной из комнат возникла Пейдж. Я улыбнулась и помахала ей, однако Джереми потянул меня за руку, и через пару секунд я вошла в номер Альфы.

— Всем не терпится тебя увидеть, но ничего, подождет, — обронил он.

— Да, сначала бы душ принять.

— Нет, сначала мы тебя будем лечить. После — душ, еда и отдых. Не горит.

— Спасибо.

— Меня больше всего колено ее тревожит, — сказал Клей, когда я уселась на кровать. — Плечо разодрано, но мышцы не задеты. С коленом хуже. Рана почти затянулась, но ее снова растеребили. Царапины на лице и руках неглубокие, однако их надо обработать. Еще у нее небольшой порез на ладони и пороховые ожоги на плече и на боку. Да, еще нужно проверить ранки на животе. Правда, они уже зажили.

— Нужно, говоришь? — отозвался Джереми.

— Прости.

Клей извинялся не столько за свою настырность, сколько за события последних дней, за «самоволку». Медосмотр продолжился в молчании. Джереми занялся моим коленом, но тут в животе у меня забурчало.

Альфа через плечо взглянул на Клея.

— Ресторан находится по правую руку от магистрали. Езжай на юг и скоро его увидишь. Там должны быть блины навынос.

— Et le jambon, s’il vous plait, — промолвила я.

— Там говорят и по-английски, — с легкой улыбкой бросил Джереми, заметив, что Клей в нерешительности застыл на пороге. Осторожно удалив из раны старые швы, он добавил: — Она сказала, что хотела бы еще ветчины. Naturellement.

— Ясно, — ответил Клей и с этими словами вышел.

ВЫЗДОРОВЛЕНИЕ

Осмотрев и продезинфицировав мои многочисленные порезы и царапины, Альфа заново наложил мне швы на раненое колено. Да, у него «случайно» оказались при себе специальная игла и хирургическая нить. Он скорее оставил бы дома зубную щетку, чем аптечку — а за гигиеной полости рта Джереми следил тщательно. Горький опыт научил его брать аптечку всякий раз, когда он выбирался куда-нибудь со мной или Клеем, потому что с нами даже самое безобидное мероприятие обыкновенно заканчивалось травмами. Скажем, однажды мы пошли в оперу, и я сломала ключицу — во многом благодаря собственной тупости, но начал все Клей.

После долгих уговоров Джереми согласился не перевязывать мне раны. Сейчас важнее было принять горячий душ. Как только Альфа закончил последний шов и предупредил, что «сильно их мочить» нежелательно, я рванула в ванную. Открыла вентиль, дождалась, пока вода станет обжигающей, и только тогда залезла под душ. Несколько минут я стояла неподвижно, ощущая, как горячие струи смывают с меня грязь и горечь прошедшей недели. Дверь кабинки отворилась. Оборачиваться я не стала, хотя «Психо» Хичкока, как и все, смотрела. Убийца с ножом ни за что бы не проскользнул мимо Джереми, И, конечно, это был не Альфа — скорее уж убийца с ножом. Прикосновение холодной кожи к обнаженным ногам… Дверь встала на прежнее место. По бедру игриво пробежались умелые пальцы. Прикрыв веки, я чуть откинулась назад и прижалась к Клею — очертания наших тел подходили друг к другу, как кусочки головоломки. Я почувствовала спиной, как он потянулся за шампунем, и подставила лицо обжигающему дождю. Руки Клея были уже в моих волосах, распутывали сбившиеся пряди. Сладко пахло ароматической отдушкой. Я запрокинула голову, едва не мурлыча от удовольствия.

Завершив, Клей на миг отстранился. Затем его намыленные ладони стали ласкать мне руки… соскользнули к бедрам, прошлись с наружной стороны… переместились на внутреннюю. Я раздвинула ноги, и Клей довольно рассмеялся. Кончики его пальцев медленно выписывали зигзаги по нежной коже бедер, как бы поддразнивая, а потом нырнули внутрь меня.