— Что… — начала я и тут же замолчала, настолько чуждым показался моим ушам этот голос. Каким-то… проглоченным. — Где я? Кто я? Я не чувствую своего тела!

На лицо Джереми набежала тень.

— Она что, не… — Он что-то пробормотал себе под нос и, уже спокойнее, начал снова: — Пейдж тебе ничего не объяснила?

— Что? Что происходит?!

— Она перенесла тебя в свое тело. Ты можешь видеть, слышать, разговаривать, но не двигаться. Она тебя не предупредила?

— Нет, она швырнула меня в какое-то чистилище, а очнулась я уже здесь. Выпендрилась, называется.

— Я все слышу, — раздался эхом голос у меня в голове. Пейдж.

— Она тоже тут, — сообщила я Джереми. — Ну, там. Где-то. Подслушивает.

— Я не подслушиваю! — возмутилась Пейдж. — Вы сейчас в моем теле. Куда, по-вашему, мне деваться? И я не выпендривалась. Вы хотели поговорить с Джереми, вот я и устроила вам сюрприз. Перемещение должно было пройти без помех, но, видимо, из-за вашей неопытности…

— Моей?! — перебила я.

— Не обращай на нее внимания, — велел Джереми.

— Это я тоже слышала, — произнесла Пейдж чуть тише.

— Ну как ты там? — спросил Джереми и взял меня за руку. Я могла только смотреть на это, ничего не ощущая. Душу пронзило чувство утраты.

— Мне одиноко.

Ответ удивил меня саму, и продолжила я не так трагично:

— Нет, компания у меня есть. Кажется, я здесь самый популярный «гость». Но… Я…

Глубокий вдох. Соберись, Елена. Джереми сейчас меньше всего нужно видеть тебя на грани нервного срыва. Да что такое со мной?

— Я измотана. Плохо сплю, мало ем, почти не двигаюсь — вот и стала какой-то нервной. Наверно, изоляция сказывается. Физически со мной все в порядке. Меня не пытают, не бьют, голодом не морят. Так что справлюсь.

— Знаю. — Джереми пододвинул к себе стул. — Ты готова все обсудить?

Я вкратце обрисовала ему ситуацию: рассказала про Бауэр, Матасуми, кое-что сообщила об охране, а также о Ксавьере, Тесс и Кармайкл; описала, насколько смогла, устройство тюремного комплекса, назвала всех заключенных — вовремя вспомнив о молчаливом присутствии Пейдж и умолчав о Саванне.

— Меня волнует только одно — как вытащить оттуда тебя, — подчеркнул Джереми, когда я закончила. — Другие нас не касаются.

— Знаю.

— Как ты там держишься?

— Нор…

— Только не говори «нормально», Елена.

Я помолчала.

— А Клей… здесь? Можно я с ним поговорю? Хотя бы пару минут. Я знаю, на болтовню у нас времени нет. И все-таки мне хотелось бы…

Джереми молчал, Пейдж что-то пробормотала. Меня охватила тревога.

— С ним все хорошо? Ничего не случилось?

— Он жив и здоров, — ответил Джереми. — Я понимаю, тебе хочется с ним поговорить, но сейчас… не самое подходящее время. Он… спит.

— Спит?.. — начала я.

— Я не сплю, — прорычал голос с противоположной стороны комнаты. — Или сплю не по своей воле.

Подняв взгляд, я увидела в дверном проеме Клея — волосы взъерошены, глаза мутные от большой дозы снотворных. Он ввалился в комнату, как медведь, только что очнувшийся от зимней спячки.

— Клей!

Мое сердце билось так часто, что я едва выговорила его имя.