Правда, немцам, как и их соседям, австрийцам, для этого пришлось пойти на жесткие меры, — безжалостно выгнать из страны чужаков. Зато они пустили в неё голландцев, датчан и французов, но при этом жестко закрутили все гайки. Так жестко, что читая скупые строчки отчёта тиарских разведчиков, Барбаросса вспомнил о Венату и диктаторе Вейрелора, но немцев такие действия правительства не слишком-то огорчили. Очень уж хорошо они знали, что несут с собой орды новых варваров, вторгшихся в Западную Европу с юга. Одурманенные наркотиками, с мозгами промытыми религиозной пропагандой, жаждущие наживы и мечтающие отобрать у гяуров всё, чем те владели. Это безумие продолжалось уже второе десятилетие, однако их мечтам не было суждено сбыться даже не смотря на возвращение викингов. Германская нация стремительно возрождала свой боевой дух. Сначала немцы набрались решимости вышвырнуть из своей страны тех, кто так долго сидел на их шее, а затем отважились ещё на один смелый шаг, — покончили с либеральной болтовнёй.

Теперь Германия, как всегда основательно, готовилась нанести ответный удар и потому Вильгельм не удивлялся, видя на улицах Бонна так много военных. Впрочем, новый канцлер Германии готовился не к войне, а к широкомасштабной полицейской операции с целью очистки Западной Европы от банд убийц, насильников, грабителей и мародёров. Впрочем, в любом случае из этого вышла бы самая настоящая война, но немцы, да, и не они одни, уже были готовы к ней морально, не говоря уже о том, что их армию и без того никто не называл слабой и плохо вооруженной. По сведениям, полученным от тиарцев, немецкая армия готовилась начать эту полицейскую операцию через полгода, но Вильгельм, глядя с улыбкой на молодых офицеров, спешащих по своим делам, радовался тому, что им не придётся вступить в бой. Он доехал до того дома, где жили его родители, аккуратно припарковал машину и направился к входу, представляя себе, как удивятся его престарелые отец и мать возвращению сына.

Возвращение Лесника

Лесник, как и Кармен, решил добираться до родного дома пешком. Его родители давно уже, ещё в девяностые годы переехали из Швеции в Литву и поселились в родовом гнезде Вилкаускасов — на хуторе неподалёку от города Вилкавискиса. Поэтому и полное имя его теперь звучало так, маркиз Янис де-Вилкаускас-ин-Вилкавискис. Янис гордился своим дворянским титулом, хотя и помнил о том, что его отец был всего лишь зажиточным крестьянином. Правда, агрономом по образованию, закончившим университет в Варшаве. На хутор к родителям, а его скорее всё следовало назвать виллой, он решил отправиться позднее, а сначала посетить пару мест в городе, где, как он узнал, обычно собирались рейдеры, совершавшие набеги на русские сёла и небольшие городки в Калининградской, Псковской и Ленинградской областях. Вот с ними-то он и хотел пообщаться, поскольку полиция их не трогала и никак не препятствовала тому, что те творили, пользуясь слабостью российских погранвойск. Ходили они в рейды и на территорию Белоруссии, но уже гораздо реже, да, и то с опаской, поскольку не все возвращались, белорусы пойманных рейдеров просто расстреливали.

Литовские, да, и, вообще, прибалтийские, рейдеры, хоть их и насчитывалось немного, не просто грабили людей, они похищали молодых девушек для продажи мусульманам в Дании и Голландии, давно и прочно оккупированных, а ещё они все были безжалостными убийцами.