— А-а. — Она поняла.

   Вскоре после ухода Петры в кровать Солдата проскользнуло еще одно нагое тело. Солдат зарычал:

   — Ну, кто там опять?

   — Я, — послышался удивленный голос Юна. — А кто был в прошлый раз?

   Солдат снова подскочил в кровати.

   — Что ты делаешь в моей постели? Юн нежно погладил Солдата по щеке.

   — Разве сам не догадываешься? — спросил он с улыбкой.

   — Прошу, уходи сейчас же.

   — Ты меня обижаешь.

   — Прости.

   — В некоторых местах за подобное оскорбление могут убить.

   — Прости, я женат.

   — Я тоже.

   — Но… я не люблю мужчин… в таком смысле.

   Юн прищелкнул языком и расстроенно покачал головой.

   — Да, я слышал, что бывают такие в цивилизованном мире. Странно. Ладно, тогда схожу проведаю твоего друга. Он, правда, не такой милашка, зато, может, не так разборчив.

   — Нет, нет! — закричал перепуганный Солдат. На самом деле, несмотря на заверения Петры, он сомневался, что супруги знают о похождениях друг друга. — Почему бы тебене побыть чуть-чуть со мной…

   — Вот так-то лучше.

   — Давай просто поговорим.

   — Поговорим? Мы разговаривали за чаем и обсудили все, что только можно. О чем еще говорить?

   — Ну, мы не говорили о философии.

   — Скучно. Философия — это для болтунов.

   — Значит, не останешься? — Солдат сделал все, что было в его силах, дабы предотвратить возможную сцену. — А может, хочешь поспорить о копье ангела Исфуриеля, одно прикосновение которого изобличает обманщика? Думаю, как раз такое припрятано у жены в шкафчике, и когда я сплю, она меня им проверяет.

   Юн зевнул.

   — Спокойной ночи.

   Хозяин удалился.

   Солдат некоторое время прислушивался. Ни шума, ни звуков потасовки не последовало. Наконец под храп и фырканье верблюдов по ту сторону завесы шатра он снова погрузился в сон.

   ИксонноскИ оставил мать и отправился в пустыню один. Остерегаясь ястребов и коршунов — здесь любая птица могла оказаться посланником ОммуллуммО, — мальчик-чародей поднялся на гору и семь часов просидел на уступе. В это время он созерцал необъятные просторы, что раскинулись в его воображении, путешествовал в своей фантазии, набирал силу из самого себя. ИксонноскИ пожинал знания, заложенные в него предками — чародеями разных времен и разных миров. Он вошел в мир животных и позаимствовалхитрость и ловкость зверей, взял изворотливость мужчин, интуицию женщин, зрение птиц, многие свойства изобилующих талантами змеи и ящериц, чьи уши находятся так близко к земле.

   Он искал секреты камней, пытался постичь ощущения дерева, невесомость огня, силу воды, загадочный нрав воздуха.

   ИксонноскИ стал ближе к природе горы, на которой сидел, и пытался понять душу земли.

   Через семь часов он спустился с облаков.

   Оказавшись на уровне моря, ИксонноскИ подошел к валуну и бесстрашно погрузил кулак в центр огромной глыбы гранита. Мальчик подержал руку в камне некоторое время и вытащил ее, точно меч из тыквы. Камень поддался так легко, как будто это был не гранит, а мягкая глина.

   Теперь ИксонноскИ мог повелевать камнями.