— Вот это да, — сказала Велион, когда они направлялись на пир, огибая огромные рыжие шатры некоторое время спустя. — Ты замечательный рассказчик.

   Солдат смутился.

   — Ну не знаю…

   — Да, да, не скромничай. Я заметила за тобой такой дар, когда ты перед боем говорил с солдатами. Ты вдохновляешь их, придаешь им уверенности в своих силах. Вот за это я тебя очень уважаю.

   Не слишком-то трудно произвести впечатление выдающегося оратора среди людей, которые отдают предпочтение физической стороне жизни и бегут от учебы как от чумы.

   — Это дар от природы, а вовсе не моя заслуга.

   — И все-таки… Ну, вот мы и на месте.

   Тысячи воинов уместились за длинными, грубо сработанными столами и рядами лавок по обе стороны. Они стали колотить по крышкам столов рукоятями ножей, когда появились Велион и Солдат, и воздух наполнился громким «Зззззззззззззззз». Так воины чествовали своего нынешнего героя, Солдата. Он ответил на шум широкой белозубой улыбкой и возвел руки к небу, что вызвало восторженный рев присутствующих. Затем уселся во главе стола своего шатра.

   Его воины важничали, точно петушки среди стайки незадачливых курочек. Этоихкапитан присутствовал на похоронах самого могущественного создания в мире. И Орлов переполняла невероятная гордость.

   — Что тут у вас поесть? — спросил Солдат, оглядывая пищу на столах. — Я внезапно почувствовал, что умираю от голода.

   — Для начала наши традиционные овсяные лепешки, — молвила вполголоса Велион, — вымоченные в жиру и поджаренные с одной стороны.

   Внезапно Солдат почувствовал, что не так уж и голоден.

   — Очень мило, — сказал он без особого энтузиазма. — А мяса нет?

   — Чуть-чуть, — улыбнулась Велион, которая прекрасно знала, что ее капитан недолюбливает жареные овсяные лепешки, — но его подадут гораздо позже, когда набьем животы. Тогда съешь его не слишком много. Мясо вредно для здоровья. Забивает кишки. А вот овсяные лепешки — совсем другое дело. Гляди, из них так и сочится маслянистый жир, такой полезный. Только съешь — и сразу силы набрался.

   Солдат и хотел бы проникнуться этим чувством, но ничего не выходило.

   ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

   Не один час провел Солдат в размышлениях. Ему не давал покоя разговор с Вороном. Что же за узник томится в круглом подземелье? А если там заперт человек из прежнего мира Солдата? А если человек этот обладает настолько сильным разумом, что сумел дотянуться до другой земли и перетащить оттуда Солдата, чтобы тот освободил его? Быть может, потеря памяти — естественный результат перехода из одного мира в другой? И, выполнив свою задачу, Солдат вернется туда, откуда пришел? Быть может, воспоминания обрушатся на него неудержимым потоком?

   — Ходят слухи, что ОммуллуммО в Гвендоленде, — сказала Лайана Солдату, едва оправившись от очередного приступа своей болезни. — Поговаривают, будто он собирается переправиться через море, чтобы найти ИксонноскИ. Я слышала, ОммуллуммО собрал целую армию на южном континенте и планирует высадиться на берег за горами Священной Семерки.

   ИксонноскИ по-прежнему скрывался. Солдат с уважением отнесся к желанию Утеллены соблюдать секретность и не пошел на поляну в лесу, опасаясь слежки. Мальчику действительно нужно чуть подрасти и окрепнуть, перед тем как он займет место ХуллуХ'а.

   — С нашими-то Красными Шатрами можно было бы такую защиту обеспечить…

   — Это всего лишь слухи.