Из палатки выбралась Вика, подошла к столику, налила себе воды.

Вернулась из зарослей Люба. И начала что-то вещать, уперев руки в бока.

Стас уже собрался выйти и поговорить, но решил задержаться в машине и посмотреть, понаблюдать.

Хотел бы он оказаться на этом месте в роковой момент, когда полыхнуло зелёным. Отсюда было отлично видно всех. Он отметил, что ребята расположились сейчас примерно также, как и тогда. Вика села на бревно, Вася топтался неподалеку от поленницы, Люба стояла напротив Вики, рядом с Соней. Обе женщины вдруг начали кричать и размахивать руками. Соня толкнула подругу в плечо.

Стас сунул блокнот в карман, открыл дверцу и пошёл к ним.

Люба вещала как пророк:

— Выхода нет!

Соня снова кинулась к ней, но Стас успел влезть между ними:

— Так! Выход есть всегда! И мы его найдем! Главное не отчаиваться.

Он взял за кисть Соню, которая так и рвалась в бой. Она замерла в его руке, как пойманная птица. Он осторожно отпустил её, глянул в глаза: «Не надо». Соня притихла и отошла.

Он подумал, что прервать поток негатива сейчас будет в самый раз. Отвлечь народ от нападок друг на друга. Дать возможность немного подумать.

— Люба, — начал Стас, — ты говорила, что у тебя бабка легенды знала. Она тебе что-то рассказывала?

Люба пожала плечами, всё ещё находясь во взвинченном состоянии.

— Много чего говорила, но она сумасшедшая была. И старая.

— Что-то об этих местах? Не конкретно про это, а вообще про горы, местные поверья? — спросил Стас.

— Про шаманов говорила, но я мало что помню, — немного успокоившись, произнесла Люба.

Вика сидела, внимательно слушая разговор. Кристина как-то отстраненно хмыкнула и отвернулась, принялась разглядывать ногти. Соня громко вздохнула, переводя дух. Вася встал и принялся прохаживаться на границе круга света.

— Расскажи, — попросил Стас. — Я совершенно далёк от всего этого.

— Нечего особо рассказывать. Алтайцы верили в три мира: небесный, земной и подземный, еще называли их верхний, срединный и нижний. Шаманы, а точнее камы — проводники. Они умели ходить из одного мира в другой. Могли общаться с духами. Узнавать у них что-то. Духов там полно. Я и имен-то их не знаю. Точнее, не помню. Бабка много кого называла, но запомнить такое, это не моё.

— Это всё? — спросил Стас.

Он посмотрел вокруг. Народ молчал, слушал. Даже Вася, бродивший где-то в стороне, временами замирал, навострив уши. Кристина вытряхнула содержимое своей кружки в песок и придирчиво заглянула туда, всем видом демонстрируя, что сейчас конечно самое время вспомнить о шаманах и прочей чуши.

— Два имени я всё же помню, — вдруг спохватилась Люба. — Ульгень и Эрлик. Первый, кажись, бог-создатель, второй хозяин нижнего мира. Но я могу и все перепутать, бабка это же чёрт-те знает когда рассказывала.

— Ульгень добрый, а Эрлик злой? — спросила Вика.

— У алтайцев не всё так однозначно, — медленно произнесла Люба. — Оба эти духа назывались... — она задумалась, — не помню как точно, но суть в том, что они основа. Духи одного порядка. Всё! — махнула она рукой. — Не спрашивайте! Ну чем это нам сейчас поможет? Зачем это нам знать?

— Мне кажется, Стас считает, что виной всему духи, — как-то слегка нервно и со смешком произнесла Соня. — Не уверена, что готова доверять такому детективу.

Кристина коротко хохотнула и тут же замолчала.

— Не стоит выдавать свои мысли за мои, — резко оборвал Стас.

Оправдываться он не собирался, но и наездов не потерпит. Тем более, когда вокруг такое происходит. Неужели сложно понять, что он не будет исключать никакие варианты.