Итак, теперь она вдова. Одна из тех женщин, кто разогревает в духовке замороженные полуфабрикаты и кого больше не приглашают на вечеринки для семейных пар. Слава богу, хоть не нужно просить чужих мужей починить ставни или сделать мелкий ремонт по дому — сын Билл отлично с этим справляется. Он регулярно звонит раз в неделю и спрашивает, не нужно ли чем-нибудь помочь. Надежный у нее сын, ответственный — лучшего и не пожелаешь.

В дверь позвонили, и Элис с некоторым удивлением взглянула на каминные часы. Для Билла и его выводка рановато. Кроме того, они никогда не звонят — просто вламываются в дверь, а дети орут во все горло еще с порога.

Элис с некоторым трудом — проклятый артрит — поднялась со стула и побрела к двери. Билл много раз говорил ей, что нужно пользоваться дверной цепочкой, но Элис не собиралась менять свой стиль жизни, хоть и жила теперь в доме одна. Бейланд все еще оставался городом тихим и безопасным, именно поэтому они с Джеком и обосновались здесь когда-то.

Элис открыла дверь и увидела на пороге молодую женщину, смотревшую на нее с улыбкой на губах и слезами на глазах. Прошла целая минута, прежде чем Элис поняла, кто это.

— Здравствуй, мама.

Элис лишь хлопала глазами.

— Ты что, не узнаешь меня?

Тут сердце Элис забилось, как рыба на крючке. Лицо застыло в неподвижной маске. Линда! Ее Линда, которую она не видела — сколько же лет?

— Господи боже, — воскликнула изумленная Элис. — Это ты?

Ее слова были одновременно и криком радости, и упреком.

Линда осторожно протянула руки и сделала шаг вперед. Элис вцепилась в нее, подумав, что следовало бы захлопнуть перед носом Линды дверь, но она знала, что сделать такое не сможет.

— Ах, мама, — всхлипнула Линда. — Прости меня, прости.

Немного опомнившись, Элис отодвинулась и посмотрела на свою девочку, которая выросла и превратилась во взрослую женщину.

— Где ты была? — сердито спросила Элис, словно Линда все еще была подростком и вернулась с прогулки на час позже назначенного времени.

Линда вытерла слезы и поневоле рассмеялась.

— Ах, мама, это долгая история. Можно мне войти?

Элис беспомощно кивнула, не замечая, что по ее лицу тоже текут слезы. Тогда Линда взяла чемодан и вошла в прихожую.

— Я все тебе расскажу.

Она осмотрелась по сторонам, вздохнула.

— Новые шторы. Красивые. И ковер другой.

Мать и дочь снова обнялись, и Элис опять отстранила ее.

— Линда Эмери, мне следовало бы нахлестать тебя по физиономии. За столько лет ни одной весточки. Как ты могла?

— Мама, поверь мне, у меня были для этого веские причины.

Элис покачала головой:

— Даже слышать не хочу. Никаких оправданий быть не может. Ты не представляешь, как мы страдали!

— Я знаю, мама. Прости меня.

Элис снова покачала головой и горько заплакала. Линда обняла ее за плечи и усадила в кресло.

— Я все понимаю, — печально произнесла молодая женщина. — Какое счастье видеть тебя снова! Ты, мама, совсем не изменилась.

— Нет, я выгляжу ужасно, — всхлипнула Элис.