— Нет, я выгляжу ужасно, — всхлипнула Элис. — Более кошмарного года в моей жизни не было. Если не считать, конечно, того года, когда ты исчезла.

— Да, я знаю про папу. Я была просто сражена.

— Еще бы. А откуда ты узнала?

— Я подписываюсь на бейландскую газету. Не на свое имя, разумеется.

— Но почему? Почему ты ни разу даже не позвонила?

— Я считала, что так будет лучше.

— Лучше? — вскричала Элис. — Это в каком же смысле? Ты оставила нас висеть между небом и землей. Для нас это было непрекращающейся пыткой. Твой бедный отец так и не оправился от удара.

Линда отвернулась и стала смотреть в окно, словно погрузившись мыслями в прошлое.

— Я отлично понимаю, что ты на меня очень сердита, — сказала она.

— Ну что ж, спасибо и на этом, — вспыхнула Элис. — Я до такой степени сердита, что у меня все мысли в голове перемешались.

Словно не расслышав этих слов, Линда медленно обошла знакомые комнаты, трогая пальцами мебель и памятные с детства вещи. В дверях столовой она остановилась.

— Кого-то ждешь в гости?

— Должен прийти Билл с женой и двумя детьми, Тиффани и Марком.

Линда удивленно покачала головой:

— У Билла двое детишек? А на ком он женился?

— На Гленде Перкинс.

— Это та, с которой он в школе учился? Надо же. Вот уж не подумала бы, что у них это серьезно.

— Они поженились после того, как Билл вернулся домой, не закончив колледж. Ему пришлось бросить учебу после того, как ты исчезла. У Джека была депрессия, он не мог больше работать, и Билл устроился на работу в магазин спортивных товаров Шейна. Надо было как-то сводить концы с концами. Билл до сих пор там работает, но он теперь менеджер.

Линда, казалось, не замечала осуждения, звучавшего в голосе матери.

— Да, Биллу всегда нравился спорт, — задумчиво произнесла Линда.

— Нравился?! После колледжа он собирался стать профессиональным футболистом. Жаль только, получить диплом ему не удалось…

Элис поняла, что ее упреки не доходят до сознания Линды, которая явно думала о чем-то другом.

— А что касается Гленды, то из нее получилась отличная жена, а для меня она стала как дочь.

— Я очень рада.

— Не говори мне, что ты рада! — взорвалась Элис. — Как ты вообще смеешь появляться здесь, словно ничего не случилось? Ты убежала отсюда, ничего не сказав, не оставив даже записки! Мы что, были плохими родителями? Никто на свете не мог бы любить тебя сильнее, чем мы с Джеком.

Линда опустилась в старое, потрепанное кресло и посмотрела на разгневанное лицо матери.

— Мама, мне было очень стыдно, я совсем потерялась. Я не хотела, чтобы ты узнала…

— О чем узнала? — насторожилась Элис.

— Я была беременна.

Элис нахмурилась:

— О господи!

— Ну вот, видишь? Ты и папа всегда были такие строгие. Вы все время ругали меня за плохие отметки. Представляешь, каким это было бы для вас ударом?

Элис взяла себя в руки.

— Господи, Линда, конечно, мы не были бы в восторге от такого известия…

— Это еще мягко сказано, — перебила ее Линда. — Нет, я не могла вам об этом рассказать.

— Но мы помогли бы тебе! — вскричала Элис. — А твой парень? Ведь ему, должно быть, это было небезразлично.

— Он не собирался на мне жениться.

— И все-таки нельзя было просто взять и сбежать. Хуже этого ничего не могло быть.

— Мама, я была глупой, наивной девчонкой. Сама не понимала, что творю. Никаких других идей мне в голову не пришло. Я была уверена, что вы все равно меня прогнали бы.