— Где она?

— Кто? Кого вы ищете? — заикаясь, произнесла Эдит.

— Эта стерва, его сестра, — кивнул он на Хью. — Ее нет в ее алькове-спальне, Я думал, что она здесь, оказывает ему помощь.

— Я все обшарил. В рыцарских будуарах никого нет. Она не ночевала дома, тяжело запыхавшись, объяснял оруженосец, резко остановившись на бегу рядом с Гилбертом.

— Миледи Мария не станет играть в такие игры. Проверьте в конюшне. Она ездит на гнедой кобыле. Когда молодой оруженосец побежал прочь, Хью застонал.

— Кто, моя жена?

Гилберт сразу обратил свое внимание на Хью.

— Так, так, ну что у нас здесь происходит? — сказал он, поддразнивая их. Он вошел в комнату, закрыв за собой двери. Эдит хотелось, чтобы в данную минуту в комнате было не так темно. Она почувствовала, как сильно у нее забилось сердце.

Она чувствовала массивную фигуру Гилберта, приближавшуюся к их кровати. Вы, очевидно, забыли о нашей сделке? — спросил он. Его резкий тон лишь подчеркивал его самоуверенность, на что Эдит явно не рассчитывала. — Вы обещали сообщать мне обо всех изменениях его состояния.

— Но… мне нечего сказать, — солгала она, наклонившись над Хью, словно хотела его прикрыть собственным телом.

— Вы думаете, что я такой безмозглый дурак, как он? — Звон его кольчуги говорил, что он подошел еще на шаг ближе.

— Прежде он обращал на вас меньше внимания, чем собака на вошь. А теперь, выходит, вы его жена?

— Жена! — неожиданно заорал Хью. Соломенный тюфяк задрожал под ней, когда Хью начал перебираться через ее ноги. Она вскрикнула, когда он своими грубыми большими руками не слишком вежливо оттолкнул ее на освободившееся место. Свет разгорающейся зари все больше проникал через натянутую на окне шкуру, освещая обнаженную фигуру сидевшего на кровати рядом с ней ее мужа, — он был готов вот-вот встать на ноги, угрожающе растопырил руки, словно давая всем понять, что готов напасть на сэра Гилберта Криспина.

Но затем с такой же быстротой, с какой он изготовился к действиям, он рухнул. Издав пронзительный вопль, он, обхватив голову руками, упал на колени. От его веса тюфяк еще больше затрясся, и Эдит скатилась к его вздрагивающей спине. Откуда-то из-под кровати выскочил Фен. Подбежав к Гилберту, он вонзил свои острые зубы в мякоть его ноги.

— Посмотрите, что вы наделали, — закричала она, позабыв о том страхе, который терзал ее всего минуту назад. Гилберт, заорав от острой боли, отшвырнул от себя Фена. Теперь она думала только об этом большом, неуклюжем человеке, который сейчас дрожал рядом с ней в агонии, который только что пытался за нее вступиться, как истинный рыцарь, прийти на помощь своей любимой леди. Она обняла его за громадные покатые плечи, приклонила голову себе на грудь. — Немедленно найдите Марию, — приказала она. — Ему нужна его обычная доза.

Как это ни удивительно, но Гилберт послушно пошел выполнять ее приказ.

Его долго не было, и у Эдит было немало времени, чтобы поразмышлять над тем, почему она не испытывала никакого страха, — ни перед Гилбертом, ни перед своим мужем. Сколько раз по утрам она видела, как ему помогают четверо здоровенных мужчин, а вот теперь, кажется, ему хватало лишь ее нежных объятий. Украдкой она погладила его по волосам, почувствовав вдруг их удивительную мягкость. Она почувствовала, как в одном месте особенно настойчиво билась кровь. Она надавила на него, и он облегченно вздохнул.

— Здесь болит? — прошептала она, пытаясь нащупать пальцами другое такое же место.