– Да, это вы, верно, заметили, – сказал он, утирая глаза. – Вот уж действительно: код графини. Вы совершенно верно ухватили его идею. Удивительно меткое замечание, учитывая, что вы почти незнакомы.

На нее нахлынуло воспоминание о том, как его губы прижимались к ее губам, как его руки ласкали ее грудь, и как он прижимал ее к своему мускулистому телу…

Чувствуя, что краснеет, Клер быстро проговорила:

– Граф часто навещает леди Розабел. А теперь прошу меня извинить. Мне нужно разыскать мою подопечную.

Кивнув ему на прощание, она успела заметить, что Мастерсон смотрит на нее с нескрываемым удивлением. Но ей некогда было над этим раздумывать, и она побежала вверх по лестнице. Сейчас она, думала только о том, что Льюис Ньюком мог затащить кузину в одну из спален.

Поднявшись на второй этаж, Клер остановилась, размышляя, в какую сторону ей идти. Леди Хейвенден жила в большом особняке. Коридоры вели влево, вправо и прямо. Наконец она пошла влево. Здесь никого не было, но снизу доносились музыка и приглушенные голоса. На стенах висели одиночные канделябры, отбрасывающие жутковатые тени.

Клер сразу отбросила мысль входить в каждую спальню без стука. Будет ужасно неловко, если вместо Розабел она потревожит кого-нибудь из гостей или хозяев. Она уже подняла руку, чтобы постучать в первую дверь, как в конце коридора заметила быстрое движение. Из одной комнаты вышел мужчина и закрыл за собой дверь. Она видела его лишь одно мгновение, но этого оказалось достаточно, чтобы узнать его. У нее замерло сердце. Это был коллега ее отца.

Мистер Винсент Граймз.

Глава 18

На то мужчине и дается речь,

Чтоб мог он в сети женщину завлечь.

Клер нырнула в сумрачную пустую спальню и как можно тише прикрыла дверь. Прислонившись к ней, она попыталась справиться с подступающей паникой.

Что мистер Граймз может делать в Хейвенден-Хаусе? Он занимается наукой и преподаванием, как и ее отец. Увидев его здесь, она была поражена так же, как если бы увидела слона за чашечкой чая.

Когда они встретились в приемной у адвоката, мистер Граймз упомянул, что ему досталось большое наследство от тетушки. Он был тогда хорошо одет и подвез ее в собственном экипаже. Но она никогда не слышала, чтобы у него были связи в высшем обществе.

Клер приложила ухо к двери. Музыка, доносившаяся снизу, заглушала все остальные звуки. Ушел он уже или нет? И куда он направится: в гостиную играть в Карты или в бальный зал?

Клер с запозданием поняла, что ей следовало сразу подойти к нему и объяснить ситуацию. Ему можно довериться. Он не выдаст ее. Только бы они не столкнулись лицом к лицу на виду у всех. Если он назовет ее мисс Холлибрук, это будет катастрофа.

Ее вдруг поразила другая мысль. А что, если мистер Граймз столкнется с Саймоном и тот узнает в нем человека, который подвозил ее в экипаже? Что, если Саймон начнет расспрашивать его о ней и выяснит ее настоящее имя?

Первым делом он сообщит новость лорду Уоррингтону. Хорошо, что он хотя бы не рассказал, как встретил их с Розабел в Ньюгейтской тюрьме. Что-то в той встрече было неправильно, только у нее не было времени подумать что.

С этим можно будет разобраться позднее. Сейчас гораздо важнее найти кузину.

Клер открыла дверь и вышла в коридор. Неслышно пробежав по толстому зеленому ковру, она остановилась возле двери и тихо постучала. Никто не ответил, и она осторожно заглянула внутрь.

На прикроватном столике горела одинокая свеча в стеклянном подсвечнике. Судя по разбросанным вещам, здесь кто-то живет. На спинке стула висела шаль. Возле камина валялась мужская трость. Покрывало на большой кровати с балдахином было слегка отогнуто, взбитые подушки приглашали ко сну.

Но Клер не увидела ни Розабел, ни Льюиса Ньюкома.

Отступив назад, Клер закрыла дверь.