Отступив назад, Клер закрыла дверь. В этом крыле оставалось еще множество спален, а ведь есть еще два крыла. Следует поторопиться.

Обернувшись, она на кого-то наткнулась и вскрикнула.

Подняв голову, она разглядела в полумраке темные волосы и скульптурные черты лица.

Саймон!

– Ну, миссис Браунли, похоже, мы обречены, встречаться в самых неожиданных местах.

Она стояла, прислонившись спиной к двери. Он подошел к ней очень близко, слишком близко. Серый фрак сидел на нем как влитой и подчеркивал его широкие плечи, а хрустящий белый шейный платок оттенял загорелое лицо. У нее опять подкосились колени. Как же она могла его не услышать? И что он здесь делает? Может быть, тоже пошел искать Розабел?

Вздернув подбородок, Клер решила воспользоваться ситуацией и задать ему интересующий ее вопрос.

– Гораздо более странной мне показалась наша встреча в Ньюгейтской тюрьме. Тем более что вы понятия не имели, где находится коляска Уоррингтонов.

Он криво усмехнулся:

– Значит, вы заметили.

– И вы явно испугались, когда увидели нас.

– Вы слишком наблюдательны.

– А вы слишком уклончивы, милорд. – Саймон слегка нахмурился, и она сказала тоном учительницы: – Хотелось бы услышать истинную причину вашего появления там.

– Тут нет никакой загадки. Я тоже хотел поговорить с Холлибруком. Ведь он украл браслет моей матери.

Клер внимательно посмотрела ему в глаза, но он ответил ей совершенно бесстрастным взглядом. Он не был похож на человека, который жаждет мести, однако она явственно ощутила исходившую от него угрозу. Саймон очень влиятелен и может использовать свои связи для того, чтобы наказать человека, посягнувшего на его добро. Клер была в отчаянии оттого, что не может, открыто защищать отца.

– А почему вы не сказали леди Розабел правду? – спросила она.

– Потому что Холлибрук – ее дядя. Я не хотел напоминать ей, что он совершил преступление против моей семьи. – Он опустил взгляд на грудь Клер. Его лицо мгновенно изменило свое выражение, и в уголках губ заиграла улыбка. – Довольно о нем. Лучше спросите меня, зачем я сюда поднялся.

Внутри у нее что-то перевернулось. Внезапная перемена в нем напомнила ей о другой опасности. Она отлично сознавала, как на нее может подействовать его близость и терпкий аромат духов. Господи, неужели он уже выведал правду у мистера Граймза и теперь воспользуется этим, чтобы затащить ее в постель?

Она инстинктивно закрылась руками.

– Зачем?

– Я хотел найти вас, Клара, чтобы насладиться вашим обществом.

От его бархатного голоса по рукам у нее побежали мурашки. Он откровенно соблазнял ее. Ей было страшно и одновременно приятно слышать его слова. Он все еще хочет, чтобы она стала его любовницей.

– К сожалению, вы напрасно тратите время, – сказала она. – У меня есть обязанности в отношении леди Эстер и леди Розабел. Прошу меня извинить.

Саймон раскинул руки и загородил ей проход. Она почувствовала себя в западне. Дубовая дверь холодила ей плечи, в спину упиралась резная, золоченая ручка. Саймон не дотрагивался до нее, но сама его близость была равносильна объятию.

– Теперь ваша очередь объясняться, – сказал он. – Скажите, что вы делали в чужой спальне посреди бала?

– Я искала леди Розабел.

– В спальне?

Саймон будет в шоке, если она скажет, что Розабел могла уединиться в спальне с Льюисом Ньюкомом.

– Я обошла весь дом и нигде не нашла ее. Я подумала: может, она устала и пошла отдохнуть?

– Должно быть, вы просмотрели ее в бальном зале. Судя по его небрежному тону, ему было безразлично местонахождение будущей невесты.