– Вы сократили зарплаты из-за экономического спада?

– Профсоюз этого не допустит. Мы подписали контракт, который должны соблюдать до тех пор, пока он остается в силе. Если бы мы попытались сократить заработную плату, у нас сразу же началась бы забастовка.

– А как насчет сотрудников, не входящих в профсоюз?

– Да, мы несколько сократили их зарплаты и дополнительные пособия. – Дэн Френч открыл двери лифта, и запахло заводом. Это запах, который некоторые люди находят неприятным, кислым и одновременно невыносимо сладким (здесь неизменны истории о том, как сотрудники-новички падают в обморок или их тошнит), и я ожидал какой-то реакции от репортера, но ее не было. – Как можно меньше, конечно, – продолжил я. – Люди знают, что это на благо компании – мы не смогли бы выжить без таких мер.

– А как насчет вашей собственной зарплаты?

– Пока нет. Жалованье президента устанавливается советом директоров, и я не смог получить их согласия на снижение. Надеюсь, скоро этот вопрос решится.

– Понимаю.

– Есть ли какая-то особая часть фабрики, на которую вы хотели бы сначала взглянуть?

Репортер сделал паузу.

Дэн сказал:

– Иногда лучший способ – двигаться в обратном направлении. Начать со склада и проследить за соком вверх по течению через все этапы изготовления.

– Хорошо.

– Тогда нам сюда.

– Дэн, знаете ли, не просто специалист по связям с общественностью, – сказал я. – До того, как он взял на себя эти функции, он был нашим агентом по продажам и закончил колледж, работая во вторую смену здесь, на производстве.

Холод морозильного склада проникал сквозь стены офисов; мужчины сидели за своими столами в пальто, а женщины носили по два свитера. В некоторых кабинетиках стояли небольшие электрические обогреватели.

– Мы производим два вида продукции, – рассказывал Дэн репортеру. – Сушеную и замороженную. Сушеная продается в бутылках, замороженная – в композитной упаковке. Поскольку холодильник намного интереснее, я подумал, что мы покажем вам его. Хранилище бутилированного сока – это, знаете ли, просто куча картонных коробок на бетонном полу склада. Поискать вам куртку, прежде чем мы войдем?

Репортер, окинув взглядом окружающих, спросил:

– А вы тоже переоденетесь?

– Нет, я раньше здесь работал – привык. Как насчет вас, мистер Вир?

Скотч согрел меня; я сказал, что справлюсь и так.

– Ну ладно, нам сюда. – Дэн распахнул большую дверь. – Поспешите – каждая минута, пока эта дверь открыта, обходится компании в десять долларов; по крайней мере, мне так говорят.

– Какая температура внутри?

– Десять градусов выше нуля, – сказал я.

– Должно быть достаточно холодно, чтобы быстро заморозить сок, когда сюда приносят запечатанные упаковки, – подхватил Дэн. – Иначе начнется брожение, и они лопнут. Поскольку сок содержит сахар, лимонную кислоту и другие природные компоненты, он замерзает при температуре двадцать девять градусов, а не тридцать два, как вода. Рассказать ему о призраке, мистер Вир?

Я улыбнулся.

– Теперь ты обязан это сделать, Дэн.

– Ну, история такая: в 1938 году здесь работал парень лет восемнадцати или около того – складывал коробки и все такое, я сам раньше этим занимался. Конечно, тогда завод был поменьше и менее автоматизирован. Так или иначе, был вечер пятницы, душный летний день; тот парень был здесь один, и щеколда примерзла.