Поравнявшись с Десятым легионом, Юлий сразу начал отдавать команды. Самые быстрые из всадников галопом поскакали на юг, к Марку Антонию. Им предстояло передать приказ о немедленном выступлении на помощь основных сил. Нескольких разведчиков послали на запад, в лесные заросли, с поручением обнаружить скрывшихся там лучников или какой-то засадный отряд. Десятый легион наконец-то с радостью услышал долгожданную команду спешиться, а галльских лошадок повели обратно, чтобы вернуть хозяевам. Воины построились и сомкнули щиты, образовав, таким образом, прочный панцирь, надежно защищающий легионеров от кавалерийской атаки. Копья поднялись в боевой готовности, а луки натянулись, готовые по первой же команде выпустить безжалостно острые стрелы. Воины приготовились отразить натиск противника.

Однако его не последовало. К немалому удивлению Цезаря, Ариовист исчез в гуще всадников, и через несколько минут те внезапно начали отступать, ни на секунду не нарушая стройности рядов. Кое-кто из легионеров начал кричать и улюлюкать, однако Юлий не спешил отдать команду к наступлению: ведь разведчики еще не вернулись из покрывавшей западный склон лесной чащи и не рассказали, кто скрывается за зеленым занавесом.

Ариовист вывел войско из зоны досягаемости копий и стрел и лишь после этого остановился. Хотя среди германцев, несомненно, попадались молодые горячие головы, в целом всадники проявляли дисциплину даже в отступлении. Самые опытные отходили последними, прикрывая товарищей.

— Что он делает? — пробормотал Брут едва слышно. — Зачем тянет время, зная, что вслед за нами идут легионы?

— Может быть, просто хочет заманить поглубже в лес? Мне эти заросли совсем не нравятся, — ответил Юлий.

На римских позициях показался первый из разведчиков.

— Все чисто, командир, — доложил он, тяжело дыша и с шумом переводя дух. — Никаких следов старых костров и ни малейшего признака засады.

Цезарь кивнул, внезапно вспомнив тот последний случай, когда поверил докладу без проверки.

Из зарослей выехали еще двое всадников. Их показания полностью совпали с сообщением первого. Теперь уже Цезарь чувствовал себя увереннее, но в то же самое время не мог скрыть растерянности. Ариовист вел себя так, словно собирался начать безжалостную атаку, однако воины его держались с невозмутимым безразличием, словно обидные крики и вызывающие жесты легионеров Десятого не имели к ним никакого отношения.

Юлий нервно барабанил пальцами по луке седла. Может быть, враги наставили капканов и ловушек? Такое вряд ли возможно. Глубокие ямы с утыканным копьями дном оказались бы куда опаснее для германского войска, ведь численностью оно значительно превосходило один-единственный римский легион.

— Так что же, будем ждать Марка Антония? — уточнил Брут.

Юлий прикинул, сколько времени понадобится легионам, чтобы подойти к этой зажатой в тисках высоких крутых склонов долине, и разочарованно вздохнул. Подкрепления можно ожидать не ранее чем через несколько часов.

— Да, будем ждать. Но все-таки я ничего не понимаю. Силы врага многочисленны и превышают наши почти в два раза. Если Ариовист не пытался меня запугать, ему придется начать наступление. Скорее всего, он говорил именно то, что думал, так что я не стал бы рисковать жизнью лучших воинов, а дождался прихода основных сил.

Цезарь смотрел на вражеские позиции, а потому никак не мог заметить довольных взглядов, которыми обменялись внимательно слушавшие разговор воины. Полководец, так бережно относившийся к простым воинам, заслуживал почета и уважения.

Всадники германского вождя молча стояли в какой-нибудь тысяче шагов от легионеров Десятого, и Цезарь снова пристально взглянул в их сторону.