Ужин продолжался. Гости и придворные усиленно делали вид, что ничего не произошло. Только Лариска периодически бросала на меня загадочные взгляды, я же отвечала ей спокойными и многозначительными, сдабривая их изредка легкой улыбкой. Они о чем-то тихо переговаривались с Нонздзе. Полагаю, их разговоры не сулили ничего хорошего архимагу Ирилдейла. Но в этом виноват он сам и его хваленые звезды. Я же чувствовала усталость. Казалось, этот вечер никогда не закончится. И лучше бы так и было.

Глава 18

Ужин закончился. Гости расходились, оживленно обсуждая невероятные события, произошедшие за столом. На леди Ландуэнь бросали сочувственные взгляды, но открыто злорадствовать никто не решился из уважения к статусу ее отца. Светило Завритарз клонилось к горизонту, и его прощальные лучи проникали сквозь большие окна, наполняя загадочным светом полупустой зал. Три пары женихов и невест спустились по мраморной лестнице в сад. Наступило время традиционной вечерней прогулки. О, сегодня им, определенно, было, что сказать друг другу.

— Вадор, Андрэс, жду вас на закате в своем кабинете, — произнес эльф и, дождавшись их согласия, поспешно увлек свою леди в одну из тенистых аллей.

Демон и оборотень последовали примеру Владыки. Тем более, каждому из них не терпелось остаться со своей избранницей наедине.

Сад я любила. Он был настолько огромен, что, свернув на одну из многочисленных тропинок и аллей, неизменно всегда оказывался в новом уголке этого великолепия. Вот и сейчас, шурша мелким золотистым гравием под ногами, мы вышли к живописному местечку.

На берегу небольшого пруда, с перекинутым через него ажурным мостиком, стояла беседка, сплошь увитая лианой с крупными синими цветами. Под резной остроконечной крышей располагался диванчик, заваленный мягкими подушками различных форм и размеров. Было тихо, лишь легкий ветерок играл листьями в кронах деревьев, да ночная птица иногда ухала где-то вдалеке.

— Какая красота! — выдохнула я, посмотрев на Владыку.

— Любимая беседка моей матушки, — улыбнулся лорд Териас, — жаль, ее век был недолог, а судьба трагична.

— Судьба… — как под гипнозом, повторила за ним. — Опять эта судьба. Что же произошло с женщиной, подарившей вам жизнь, мой лорд?

— О таком не принято спрашивать на Завритаре, но вам я рассажу, миледи. — он печально улыбнулся и потянул меня в беседку.

— Так что же произошло? — вновь спросила я, когда мы уютно устроились на подушках. Почему-то узнать о доле родственницы Териаса казалось мне важным.

— Высокие эльфы любят лишь раз, — произнес Владыка после недолгого молчания. — Не важно, к какому великому дому принадлежит эльф, но с самого раннего детства его учат контролировать свои чувства и эмоции. Это правильная и мудрая политика, ибо мы впечатлительны и ранимы по природе своей.

— Значит, вы с детства учитесь прятать эмоции за маской равнодушия и высокомерия? — не удержалась от вопроса.

— Так проще, — пожал плечами Териас. — Любой отпрыск знатного рода должен послужить на благо великого Мориона. Эмоции лишь отвлекают от рациональности мышления, затуманивая ясность ума. Так воспитывают мальчиков. Девочек — несколько иначе. Любая эльфийка прежде всего жена и мать, если такова будет воля богов. Она должна почитать своего мужа, разделять его взгляды и помогать ему во всем.

— Значит, женщин высших эльфийских родов не учат контролировать эмоции и чувства?

— Учат, но в гораздо меньшей степени.