|
Ну и Архип – человек вернейший и тоже не дурень. Эти люди – со всеми врагами сладят и за вдовицей Брячиславой проследят – эко дело! Та к все и будет, сэр Майкл, и в этом даже не сомневайся!»
Сотник и не сомневался… И все же что-то жгло душу, тревожило…
* * * Выехали с утра, еще засветло. Хрипя, сытые кони спустились к реке, к наезженному санному пути – зимнику, сверкавшему синими отблесками предутреннего низкого неба. Подмораживало, и лошади исходили паром. Справа, над снежной кручею, за дальним лесом занималась заря – светло-розовая, холодная… Отправив вперед Ермилу и Вельку, сотник ехал последним. Двигались быстро: по примеру древнего князя Святослава Игоревича, никаких саней с собой не брали, обозов не устраивали, все нужное везли в переметных сумах. Да и что там нужно-то? Палатки, шатры, походная кузница, котлы, ну и серебришка малость – на всякий случай. Из съестных припасов – немного муки, крупы да вяленое мясо. Остальное планировали добывать по пути, по мере надобности. Дичь, рыба – все ж были охотниками, рыболовами, запромыслить по пути добычу особого труда не составляло. На излучине сотник придержал коня, обернулся, бросив прощальный взгляд на стены и башни Михайлова городка, на привольно раскинувшееся Ратное, утопавшее нынче в снегу. Нынче – снег, а когда вернутся – будет все в зелени… Яблоки уже нальются, груши…
– Господин сотник – впереди таится кто-то! – пролетел по цепочке доклад. – Таится? Стегнув коня плетью, Михаил обогнал всех, подъехав к Ермилу и Вельке. – Вон… – кивком указал Ермил. – На мыске, за деревьями – птицы вьются… вороны, сороки… Кто-то спугнул! Посмотрим? – Не надо, – Михайла расслабленно махнул рукой. – Свои… – Свои? – дружно моргнув, ребята удивленно переглянулись. Усмехнувшись, сотник сунул два пальца в рот и заливисто свистнул. В ответ тоже послышался свист. Спустился с мыса к реке одинокий всадник – поскакал навстречу рати. – Здрав будь, господин сотник! И вам не хворати, парни! – Добровоя!!! – ахнул Ермил. – Ты… ты как здесь? А! Сладили все-таки… То-то я и смотрю – ты последние дни таилась… От меня! Называется – друг… Парнишка осуждающе посмотрел на девушку. Та явно сконфузилась, пришлось Михаилу выручать. – Не имела права рассказывать, – нравоучительно молвил сотник. – Вот и таилась. Исполняла мой приказ. Все ясно? Ермил выпятил грудь: – Так точно, господине! – Ну вот, молодец… А теперь еще один приказ, урядник. Принять на довольствие еще одного ратника – Добровою! – Есть принять! Своим же пайком и поделюся сегодня… – Сегодня рыбы наловим, пока зимник, пока лед… – Господин сотник! – из арьергарда, размахивая на ходу руками, прискакал унот Глузд, худой и нескладный, но довольный и в чем-то даже радостный. – Разрешите доложить? Нас преследуют! – Преследуют? – сотник с удивлением вскинул брови. – Кто-то скачет с берега… Похоже, за нами… – А ну-ка, поглядим! Отря-ад… Рассредоточиться… Всем быть начеку! Показавшийся из-за излучины всадник быстро приближался. Уже можно было разглядеть низкорослого каурого конька с развевающейся гривой и всадника… – Похоже, он без седла! – И глядите-ка – голый! – Скорей, голая… Миша узнал всадника, вернее говоря – всадницу. |
