Малолетний колдун обязательно должен раздобыть то, что наделит Юраса магическим даром, решив все проблемы и исполнив мечту всей его жизни.

Для этого у Юраса было всё: точка расположения логова Блуждающего в Мёртвом, люди, ресурсы. Но самое главное, без чего всё было обречено на провал — знание, как правильно провести ритуал принятия сущности.

Даже если кто-то из его людей решится надуть Юраса на этапе добычи сущности — у них ничего не выйдет, поскольку даже прикосновение к ней приведёт к мучительной смерти.

Почему в империи любой, уличённый в использовании сущности, подлежал смертной казни, Юрас мог только догадываться. Да и кто из высшего руководящего состава империи когда-то объяснял простому люду свои решения?

Казначей считал, что императорский указ вызван высоким уровнем смертности при контакте с сущностью, а так же воплями аристократов о чистоте крови и законного родового наследия.

А те, у кого получалось совладать с принятием дара, почти все они, впоследствии, сходили с ума. Юрас был уверен, что императорская библиотека прятала множество подобных секретов на пыльных полках, не спеша предавать эти факты широкой огласке.

В аристократическом обществе считалось, что магия должна передаваться только с одним единственным носителем — с кровью матери или отца. Остальное — вне закона, как дворянского, так и божеского.

Насильственная попытка привить организму способность оперирование Силой, особенно в зрелом возрасте, могла фатально нарушить психическое состояние. Вкупе с обретёнными, но не прирученными магическими способностями — весьма опасное сочетание.

Выживший из ума маг, по законам империи, всегда подлежал ликвидации, как потенциальная угроз для жителей империи.

Вот только Юрасу казалось, что дворянство специально, опираясь на их знаменитую спесь, не хочет чтобы в одном ряду с одарёнными и элитой государства находились сиволапые крестьяне.

Но, несмотря на риск смерти, у Юраса был весьма надёжный план. Если тайно пересечь границу империи, а для опытного контрабандиста, знающего все тропки и окна на границе, это плёвое дело, то можно смело утверждать — у него всё получилось.

Зарубежные державы примут Одарённого с распростёртыми объятиями, особенно из империи. В средствах он не стеснён, Дар у него будет, а за наймом толковых преподавателей магическому таинству дело не постоит.

Осталась лишь самая малость — добыть эту чёртову сущность.

— Что скажешь по поводу щенка? — Юрас меланхолично раскачивался в кресле, изучая потолок. Настроение Казначея было далёким от спокойного, но, как всегда, он это тщательно скрывал. — Мысли, может быть наблюдения какие?

— Мутный он какой-то, — поморщился тот, кого Полозов совсем недавно окрестил Квадратом. — Но, явно не совсем дурак. Ты бы слышал, как он Клопа осадил, любо-дорого послушать было. Мне показалось, что он бы и в драку с ним не побоялся полезть, если бы Клоп попытался двинуть ему в зубы за такой дерзкий тон.

— Ну-ка, ну-ка, — заинтересовался Юрас. — С этого момента поподробнее.

Изложив всё, что произошло на подворье Лады, помощник Юраса неожиданно добавил:

— Ты меня знаешь, я труса никогда не праздновал. Вот только у меня ощущение, что с этим барчонком лучше бы не связываться. Вроде, соплёй перешибить можно, но есть в нём что-то настораживающее. Не могу объяснить более толково. Одет небогато, «колёса» — тоже не сказать, что много денег стоят, оружия нормального нет, хотя его кинжал я с Клопом, конечно, посмотрел. Ничего такого, никакой магии, но сталь хорошая. Обычный боевой ножик. Слишком обычный.

— Слишком обычный, — задумался хозяин дома.