По мере услышанного, жалость к этим двум пропала бесследно.

Если верить этому типу, а Петя сомневался, что под полным подчинением можно как-то соврать, то на них негде было клейма ставить, как и на их хозяине, который пользуясь своим служебным положением, давно подмял под себя всю верхушку полицейского управления соседнего города, практически взяв некоторые нити управления в свои жадные липкие руки.

Не было смысла перечислять всё то, в чём признавался бывший государственный служащий, а ныне — частный нотариус Жилов Алексей Петрович. Жалости они не заслуживали, но и заниматься беспределом Пётр не хотел. Не в его компетенции было решать, достоин человек жить или нет.

Он не судья, и примерять на себя эту обременительную роль не собирался. Но, думая, как поступить, он совершенно упустил из виду второго визитёра, который до этого момента лежал молча, никак о себе не напоминая.

Слушая исповедь Жилова, Петя допустил огромную ошибку — он снова расслабился, посчитав, что ситуация находится под его контролем.

Когда в его грудь влетел конструкт с аспектом льда, пробив грудь огромной сосулькой насквозь, он только удивлённо перевёл взгляд на поднимающегося первого, со злобной ухмылкой глядящего на результат своей неожиданной атаки.

Сознание Полозова в момент обрело чёткость. Он понял, что следующим движением противника будет рывок в сторону Алисы, что первый и сделал.

Его рука сжалась на её горле, заставив засипеть и потерять контроль над нотариусом.

Петя же в этот момент пытался сконцентрироваться над тем, чтобы обратиться к родовому дару, который, как назло, никак не хотел откликаться, позволяя полозовской крови безнаказанно вытекать из груди, пачкая и костюм и ковёр на полу.

— Ну что, сука, — прохрипел тип, сжимая горло ещё сильнее, заставив Алису засучить ногами. — Ты у нас «мозгоправка» оказывается? — криво ухмыльнулся он. — Отличный подарок, просто отличный.

Видя, как закатываются глаза девушки, Полозова накрыла волна ярости, полностью затопившая его разум. Начинаясь где-то в голове она волнами проходила по всему телу, а когда касалась сквозной раны на груди, просто растворялась, не распространяясь дальше.

Будто проблема была в той самой сосульке, которая сейчас тая, смешивалась с его кровью. Будто в ней была проблема, которая не позволяла использовать родовые способности.

Угасающее сознание выхватило движение, которого не должно было быть в общей картине этой комнаты. Рваные движения, принадлежавшие нотариусу, которого его подельник совершенно выпустил из виду.

Шатаясь, будто пьяный, Жилов дотянулся до вечного пера, которое продолжало валяться там, где его бросил Афанасий. Сделав несколько шагов в сторону Алисы, нотариус внезапно всадил его заученным движением в затылок своего напарника, словно профессиональный убийца.

Он попал с первого раза, поскольку ноги первого тут же подломились. Грохот упавшего тела совпал с судорожным вздохом Алисы, которую сейчас немилосердно трясло. Дыша, словно в последний раз, она сделала инстинктивное движение ногами, пытаясь отодвинуться от оскаленной рожи мертвеца.

Это было последнее, что увидел Полозов, прежде, чем рассыпаться невесомым облаком пепла.

Бесконечно долго в этот раз.

Словно это происходило вечность.

Именно столько понадобилось Полозову, чтобы заново воссоздать энергетический каркас. Вот только сейчас это далось ему настолько с натугой, что не раз и не два он думал, что у него ничего не выйдет. Слишком много сил было потрачено на каждую силовую нить.

Петя не знал, сколько именно времени он отсутствовал в комнате, находясь в миллиарде разных мест и пытаясь удержать свою личность от окончательного распада.

Когда он возник посреди кабинета, то обнаружил, что Алиса лежит там, где она находилась. Взгляд на её грудь дал понять, что девушка дышит, что заставило парня тоже облегчённо вздохнуть.