|
Я специально учил для нее... Подожди... как это... Ты взглянула. Я встретил смущенно и дерзко Взор надменный и отдал поклон. Обратясь к кавалеру, намеренно резко Ты сказала: "И этот влюблен". И сейчас же в ответ что-то грянули струны, Исступленно запели смычки... Но была ты со мной всем презрением юным... - Забыл дальше... - и Алеша развел руками. - Любимые стихи не учат, - сказала Галя. - Захочешь - не забудешь. - Пожалуй, - согласился Алеша. - А ты кого любишь? Галя даже вздрогнула. - Когда-нибудь прочту... любимое. Резко зазвонил телефон. Алеша помедлил, потом с досадой снял трубку. Выражение лица его сразу изменилось: - Слушаю, Василий Васильевич. Я ждал вашего звонка. Сейчас приду. Алексей встал и выразительно посмотрел на Галю. - Откажешься от вытаскивания труб? - спросила она. - Отказаться... от самородков? От твоих самородков? - Алексей заглянул Гале в глаза и взял ее руки в свои. - Никогда! Минуту они простояли молча. Потом Алексей повторил очень тихо, едва слышно: - Никогда. Стоя в дверях каюты, Галя, светло улыбаясь, взглядом провожала Алексея, быстро шагавшего по коридору. Лыжный костюм подчеркивал его ладную фигуру спортсмена. ...В салоне капитана собрались Ходов, Федор и дядя Саша. Парторг строительства смотрел в темный иллюминатор. Федор разглядывал на столе карту. Ходов, заложив руку за согнутую спину, расхаживал по салону. - Пришли? - обернулся он к Алексею. - Прошу прощения, если оторвал от дел. Но именно о делах хочу говорить. Я уже поставил в известность парторга ЦК партии товарища Петрова и капитана Терехова о том, что вызван в Москву для личного доклада Волкову. Надеюсь, вы понимаете, что я вынужден доложить об окончании опыта. - Какой опыт вы считаете законченным? - нахмурился Алексей. - Опыт затруднения строительства с помощью вытаскивания труб. Вот сводки. Полюбуйтесь, - Ходов потряс перед Алексеем бумаги. - Я их знаю. - А я их выучил наизусть. Позор! Ваш участок подводит все строительство. |
