|
"Будить?" - одними глазами спросила Галя. Радист мрачно кивнул. Галя сняла с Алешиной головы руку, он тотчас проснулся и сел, стремясь прийти в себя. - Вскрылись льды, - сказал радист. - Где? Где? - Алеша крепко сжал Галину руку. - Севернее мола вскрылись... Куда севернее! Около мыса Желанья. Около мыса Желанья! Какая ирония! Когда-то Баренц назвал так северную оконечность Новой Земли в знак своего страстного стремления пробиться через льды. У Алексея, у Гали, у Ходова, у всех моряков и строителей ледяного мола было одно желание, чтобы лед вскрылся не на севере в далеком море, а у берегов, защищенных теперь с севера молом. Однако природа поступила по-своему. Перечитывая донесения Росова, Алексей упрямо думал: "Какой это Росов?" Но не мог вспомнить, хотя и летел с ним когда-то из Усть-Камня. Галя наносила на карту замеченные Росовым изменения. "В открытом море, в гoломяне нет льдов, - думала Галя. - Еще Ломоносов писал об этом. Вот где проявляет себя атлантическое тепло, что по глубокому дну подкрадывается в море с севера. Наверное, Росов, глядя сверху на чистую воду, думал, что вот бы сюда и двинуться теперь прибрежным льдам, а мол не пускает", - и Галя украдкой взглянула на Алексея. Радист ушел. Алеша сидел, оглушенный известием. Теперь было совершенно ясно, что мол не дает вскрываться льдам в отгороженной части моря, ветры не могут оторвать стоящие у берегов ледяные поля. Как торжествует сейчас профессор Сметанкин в Москве! Да и Федор, строивший мол вместе со всеми, все-таки может напомнить о своей правоте. Алеша посмотрел на сосредоточенную Галю. Черный локон спадал с ее лба на карту. Защита диссертации, позорный провал... Арктика и полярный клуб, разгром... Растерянный человек, заблудившийся в тундре... Женщина не может любить слабого, побежденного. Именно тогда отвернулась от него Женя. Пусть это было к лучшему, он нашел Галю. Но разве не тот же вывод должна сделать теперь Галя? Она увлеклась человеком, который, как ей показалось, вступал в бой с самой природой, был сильнее этой природы. Знала ли она, что он чувствовал, когда впервые попал на корабле в шторм, когда ужаснулся собственному замыслу? Можно ли идти против стихии? Это было первое сомнение, а теперь... Теперь уже сознание бессилия. Нужен ли женщине такой человек? Галя, словно отвечая на немой вопрос Алеши, встала, подошла к нему и прижала его голову к себе. Они долго молчали, потом Алеша сказал: - Это несчастье, Галя. Огромное несчастье. И не только в том, что я и все те, кто поддержал меня, поправил и дополнил, ошиблись, и даже не в том, что затрачено много государственных средств, как говорит Денис. |
