– Иди, Назир. Скажешь, пусть от меня перетащат. Мы подождем. А, когда поставим подписи под документами, решим, как нам отметить это событие. Вы не против, ребята? Не каждый день выгодные сделки заключаются.

– С дорогой душой, – Ткачев улыбнулся.

– Жаль, что Максима сегодня не будет.

Назир вернулся через четверть часа с договором. За эти четверть часа Разданов и Ткачев не проронили ни слова. Разданов снова воодушевлено занимался своими ногтями, а Ткачев рисовал слоников, взяв лист бумаги и достав из кармана пиджака ручку. Можно было подумать, что о присутствии Михаила Константиновича все забыли. При появлении Назира Разданов несколько оживился. Он взял договор, пробежал глазами текст, видимо, остался доволен, и поставил свою подпись. Михаил Константинович подписал договор, не читая.

– Лихо подписываете, господин Шарф-Эгердт, не глядя! – улыбнулся Разданов. – Так и приговор себе подписать недолго. Что ж, забирайте свой экземпляр, и с завтрашнего дня мы с вами партнеры. Теперь я предлагаю поехать и отметить.

– Куда поедем? – Ткачев оторвался от рисования слоников.

– В «Фудзи». Вы любите японскую кухню, господин Шарф-Эгердт? – поинтересовался Разданов.

– Вообще-то да. Своеобразно, – кивнул Михаил Константинович. На самом деле, он имел о японской кухне приблизительно такое же представление, как эскимос о правилах выращивания бананов в Тринидаде.

– Чудесно. Тогда мы можем ехать прямо сейчас. Назир, Гена, готовы?

– Да, только одеться нужно, – ответил Назир. – Миша у меня в кабинете куртку оставил.

– Встречаемся у входа, – Разданов поднялся из-за стола, давая понять, что остальным стоит сделать то же.

Михаил Константинович поехал в своей машине, а Разданов, Назир и Ткачев в машине, ждавшей их у двери офиса.

Сначала в салоне висела гнетущая тишина. Олег курил и смотрел в окно, Гена куда-то перед собой. Назиру тоже ничего не оставалось делать, как рассматривать полупросевшие серые сугробы у края дороги. Первым заговорил Гена:

– Ну, что, доволен? Потешился?

– Почти, – Олег выпустил дым колечками. – Сейчас мы ещё в ресторане поразвлекаемся.

– Цирк ты, конечно, красивый устроил! – Назир повернулся к Олегу и Гене.

– Там друг наш не потерялся? – поинтересовался Олег.

– Нет. Перед машиной с телохранителями едет.

– Назир, ты на меня не обиделся?

– Не обиделся, не волнуйся. Ты Валере сказал, чтобы кассету убрал?

– Конечно. Что заказывать будем?

– Мужики, а давайте прикольнемся, змею закажем, – предложил Гена.

– Без проблем! – рассмеялся Олег. – Посмотрим, что это чудо делать будет.

Михаил Константинович старался не оторваться от машины со своими новыми и такими важными для него партнерами. Машина с телохранителями ехала сзади. Что будет делать в японском ресторане, он представлял себе с трудом. Оставалось понадеяться, что сырую рыбу его новые знакомые заказывать не станут. Впрочем, такая мелочь, как сырая рыба, его интересовала теперь мало. Его просто распирало от гордости. Теперь было, каким знакомством прихвастнуть перед друзьями. Никто ведь не видел, как на самом деле принял его Разданов. «А, может, у таких богатеньких принято так с людьми говорить? Ему заискивать не перед кем», – предположил про себя Михаил Константинович.

Возле ресторана машины остановились. Разданов, Назир и Ткачев не вышли до тех пор, пока не вышли телохранители. Михаил Константинович пришел, чуть ли, не в шоковое состояние, от того, что сидеть пришлось не на привычных стульях, а на подушках, почти на полу.