— Но мне нравится именно ваше общество. Как мне вас соблазнить?

Она ужасно устала. Прошлую ночь не сомкнула глаз, а теперь еще приходится отражать атаки Аргайлла! Роксана ответила откровенно:

— Скажем так: закрепление независимости Шотландии, снятие обвинений в государственной измене против Карров и запрет на вмешательство Куинсберри в мою личную жизнь. Боюсь, все это не в ваших силах.

— Почему же? Если не считать Шотландии, остальное вполне в моей власти, — так же прямо ответил Аргайлл. — Такова цена вашей страсти? Скажите, если так и есть, мы заключим сделку.

Роксана была потрясена. Он предложил огромную цену за ее благосклонность и наверняка согласится выполнить все условия до того, как переспит с ней. Возможности были поистине огромными.

— Тем более что обвинения в государственной измене — чистая ложь, и все это знают, — небрежно добавил он.

— И все же вы позволили Куинсберри захватить земли Карров!

— Его претензии меня не касаются, — пожал плечами Аргайлл. — Я не в силах разбирать каждую распрю на шотландских землях.

Выпрямившись, он подвинулся поближе.

— Почему бы сначала не отослать Агнес, как доказательство… моей серьезной заинтересованности? — предложил он. — А уж потом мы договоримся об условиях. Последнее время я только и делаю, что договариваюсь, причем с людьми настолько коварными и хитрыми, что сделка между нами будет верхом благородства и доброжелательности. Нет нужды медлить и торговаться, если я хочу вас!

По слухам, он и с королевой говорил в таком же тоне, честно выкладывая требования и излагая свои желания. Не то что интриган Куинсберри!

— И если вы хотите, чтобы семья вашего любовника была оправдана по суду и восстановлена во всех правах, включая титулы и земли, что ж… мы оба взрослые люди. — Судя по легкой улыбке, он действительно был готов на многое. — Как только наша сделка будет заключена, я ожидаю от вас лишь одного: безусловной верности.

— Вы действительно куда лучше меня поднаторели в искусстве переговоров, — объявила все еще пораженная Роксана.

Его предложение было так великодушно, что он наверняка понимал: отказаться она не сможет. Но ей требовалось время, чтобы все обдумать и получить доказательства его правдивости. Нельзя доверять тому, кто якшается с англичанами.

— Я должна обдумать ваше предложение.

— Пожалуй, я позабочусь о том, чтобы к полудню Агнес уже не было в вашем доме, не возражаете? — сердечным тоном предложил Аргайлл; — И тогда мы сможем поговорить в более подходящих условиях, без присутствия Эрскинов.

— Я, естественно, заинтригована, — пробормотала Роксана, — но прежде всего должна посоветоваться с адвокатами.

— Говорите, с кем пожелаете, и дайте знать молодому Робби, — небрежно кивнул он. — Мне все равно. Как только вы примете решение, мы подпишем необходимые бумаги.

— Вы так уверены в себе, Аргайлл?

— Мы оба знаем, чего хотим и что можем друг другу дать. Все невероятно просто, дорогая.

К счастью, экипаж остановился перед домом Роксаны. Никогда еще она не была в таком смятении.

— Мне, разумеется, понадобится время.

Улыбка Аргайлла излучала тепло: он прекрасно понимал, что весы клонятся в его пользу!

— О, не торопитесь, я подожду.