Алтарь храма скрывало огромное черное полотнище. На нем красовались две золотые руны в дубовом венке и орел, сжимающий в лапах свастику. Здесь, у бывшего жертвенника, охрана бросила Алексея на пол. Гвинедер деловито осмотрел арестанта, слегка пнул его ногой в бок. Следопыт что-то невнятно промычал.

— Приходит в себя, — констатировал верховный маг. — Надо поторопиться.

— Пожалуй. Обойдемся без излишних формальностей, — отвечал ему магистр. — Пергамент готов?

— Да, мой лорд.

— Тогда поставьте его на колени.

Охрана поспешила выполнить приказ. Алексей поднял голову, глянул мутными глазами на Гвинедера и что-то неразборчиво пробубнил. Он плохо соображал, словно выпил не бокал вина, а несколько стаканов ядреного деревенского самогона или проглотил упаковку «колес».

— Меч! — командовал магистр.

Один из охранников вынул оружие из ножен и протянул его повелителю. Гвинедер ударил Алексея ладонью по щеке. Следопыт замер, тупо уставился на мучителя.

— Повторяй за мной! Я, Аль Эксей…

— Я, Аль Эксей…

— Клянусь тебе, великий Гвинедер.

— Клянусь…  Да ты-ы-ы…  чего-о-о?

— Клянусь в верности и смелости. Клянусь служить до смерти и беспрекословно выполнять любые приказы без ропота и промедления. Отныне моя честь в верности братству и великому магистру.

— Пшел-л-л…  ты-ы-ы! — Алексей едва ворочал одеревеневшим языком.

Гвинедер, не обращая внимания на робкие протесты, коснулся лезвием меча правого плеча следопыта, потом положил тому клинок на левое.

— Пергамент! — рыкнул магистр.

Верховный маг взял заранее приготовленный текст присяги, мокнул в чернильницу гусиное перо, вложил его в руку Алексею, и принялся водить ею по документу.

— Вот и славно! — не скрывал радости Эоборус.

— Отныне ты, Аль Эксей, рыцарь братства «Двух молний», - помпезно произнес великий магистр.

Леха не понимал смысл сказанного. Слова тонули в бесконечной тьме, отзываясь тупой болью. Голова раскалывалась. Потеряв равновесие, копарь повалился на пол и уткнулся лицом в сапоги истинного владыки Коралтара.

— Заметьте, Эоборус. Как изменчива порою судьба. Вы не находите? — высокопарно произнес вождь братства. — Давеча упирался, а вот глядите, целует мои сапоги. Итак, дело сделано. Унесите его. Пусть проспится.

Глава 8. Брат Эоборус

Леха куда-то бежал. Вооруженные люди в черных балахонах наступали на пятки. Беглец пытался спрятаться в придорожных кустах и заплывших стрелковых ячейках, но всякий раз преследователи нападали на след жертвы и он вновь ударялся в бега. Казалось, вот-вот гонители схватят его. Силы покидали следопыта. Руки и ноги не слушались. Он увязал в страхе, холоде и тьме как оса в сиропе. Голова раскалывалась от боли, в горле пересохло. Алексей все же не сдавался, но вскоре окончательно ослабел и…  проснулся.

Долго не мог прийти в себя, гнал прочь надоедливый ночной кошмар. И все же вздохнул с облегчением. Это всего лишь сон. Голова и вправду безбожно трещала. Должно быть, выпил какую-то гадость накануне. Ах, да! Братство Двух молний! Магистр Гвинедер опоил мерзопакостным вином. Наверняка подсыпал какую-то дрянь в средневековом духе.