— Вот дерьмо! — вздохнул Весельчак, неожиданно поняв, что они зря бежали сюда, как заправские скакуны, все утро — шансов пройти дальше не было никаких.

Белик словно услышал: неожиданно хмыкнув, он, наконец, остановился и с нескрываемым интересом обернулся к нагоняющим спутникам. Подозрительно бодрый, свежий, будто только с постели поднялся. Дышит ровно, кожица бледненькая, чистая и гладкая, как у младенца… аж завидно!

Перворожденные тоже перешли на легкий шаг, но поняв, что наклевывается перерыв, окончательно остановились и небрежно прислонились к ближайшим деревьям. Причем, с таким невозмутимым видом, словно и не бежали сейчас несколько часов кряду: гладенькие, сухие, чистенькие, как игрушки. В отличие от распаренных и заметно запыхавшихся людей. Правда, надо отдать должное последним, никто не упал и не выглядел изможденным непосильной нагрузкой — просто притомились. Пару часов отдохнуть, и можно снова гнать вперед, но по сравнению с Перворожденными вид у них все равно был не ахти какой.

— Гляди-ка, не отстали, — с легким удивлением констатировал Белик, убедившись, что все на месте. — Литур, ты как? Размялся?

— Ага… именно, что размялся, — выдохнул юноша, старательно сдерживая судорожно дергающуюся грудную клетку. — Так себе… слегка…

— Вижу, — тонко улыбнулся Белик. — Ладно, будем считать, что это маленькое испытание вы прошли успешно, и вас все-таки можно пускать на Тропу.

— Что?! — придушенно пискнул Весельчак, на что пацан вдруг жестко усмехнулся.

— А ты думал? Там придется идти еще быстрее, чем сейчас, недоброжелателей вокруг будет — море: от крохотного кустика до зверушек, птиц и мелких жучков. Если бы вы сдулись, я бы вовсе не рискнул туда соваться, но теперь, пожалуй, можно попробовать. Дядько, как считаешь?

Седовласый — тоже совершенно сухой и ничуть не притомившийся — задумчиво оглядел гневно вскинувшихся воинов и замедленно кивнул.

— Выдержат. Но ты ведь не ради этого устроил пробежку?

— Нет. Время — почти полдень, и Траш уже должна быть на месте. Ты ведь знаешь, как она относится к небрежно выполненной работе?

— Знаю, — отчего-то поежился Страж. — Может, тебе лучше пойти вперед? Вдруг наша красавица одичала на дармовых харчах? Или позабыла мой запах? Как-то не слишком хочется это проверять, да и эльфы рядом…

— Жди. Я скоро.

— Удачи, малыш.

Белик сухо кивнул и быстрым шагом направился прочь, в одиночестве минуя последние деревья. Все такой же собранный, непривычно серьезный, сосредоточенный и очень, очень внимательный. Осторожно шагнув под чистое небо и мельком покосившись по сторонам, он сделал несколько шагов навстречу мрачноватой каменной громадине, тщательно прислушиваясь, присматриваясь и даже принюхиваясь. Обшарил внезапно сузившимися глазами пустой склон и вдруг застыл на середине движения.

Урантар без лишних вопросов скользнул к напрягшимся эльфам и знаком велел Сове сделать то же самое, после чего загородил Таррэна собой, все так же молча велел убрать ему руки подальше от оружия и помалкивать, а сам чуть пригнулся, будто ждал нападения, и едва слышно выдохнул:

— Где?

Белик стоял в трех десятках шагах впереди — отделенный от них деревьями, редкими кустами и просто расстоянием, но он, как ни странно, все равно услышал едва различимый голос опекуна и сделал красноречивый жест в сторону безлюдного склона. Просто обозначил направление, после чего странно наклонил голову, втянул ноздрями сухой воздух, а затем, наконец, медленно и осторожно двинулся туда сам.