Дядько незаметно сжал чужую ладонь, едва не превратив кисть побледневшего от боли эльфа в безжизненную тряпку, но быстро отпустил и тут же отступил на шаг, оставив его скрипеть зубами в одиночестве.

— Для того, чтобы выжить, мы должны были стать сильнее, чем они, — ровно добавил Урантар. — И мы стали, хотя для этого потребовалось немало времени. Так что сейчас Стражи ничем не уступят дикому зверью, против которого Заставы стоят вот уже девять эпох. И, тем более, не уступят Перворожденным. Запомни это, прежде чем мы войдем на Заставу: любой из тех, кто прожил в Пределах хотя бы пять лет, способен сравниться даже с Хранителем. И твой гнев здесь совершенно неуместен: я сделал то, что посчитал нужным, и сообщил вам ровно столько, сколько вы были готовы узнать. На Тропе Траш помнит каждый камешек, каждый поворот и каждую ловушку. Без ее умений нам никогда не пройти ущелье. А без Белика ее не догнать и не понять. Только он знает ее настолько хорошо, чтобы удержать от соблазна славно пообедать вашими горячими тушками. И только ему она верит безоговорочно. Настолько, что даже согласилась рискнуть ради наших целей своей драгоценной шкурой и терпеть вас рядом с собой. Завтра на рассвете она вернется, чтобы провести нас этим путем. Поэтому мы или идем вместе — одной командой и с одним командиром, или же вы отдаете свой Ключ мне и поворачиваете назад. Других вариантов нет. Твое слово?

Элиар мгновение сверлил люто горящими глазами неестественно спокойное лицо седовласого, прекрасно понимая все недосказанное и буквально кипя от злости. Особенно от понимая того, что в присутствии хмеры отобрать у него Ключ действительно не составит никаких проблем. Как и вообще тихо удавить здесь от греха подальше, а потом спокойно двинуться по Тропе, уже не боясь ни мести, ни погони и ничего в принципе, потому что ни один безумец по своей воле не сунется в это гиблое место. И не рискнет искать в ущелье Смертников какой-то там отряд, чтобы вернуть когда-нибудь этот сомнительный должок. А Страж скорее бросит его здесь, у подножия скалы, чем пойдет на верную смерть рядом с тем, кому ни на грош не доверяет.

Несколько долгих мгновений Светлый эльф не двигался, оценивая свои шансы и мысленно проклиная всех подряд, но затем все-таки взял себя в руки — негоже Хранителю Трона терять лицо и пасовать перед смертными. Даже такими, как этот проклятый Страж. Наконец, он прерывисто вздохнул, плавно вернул клинок в ножны и, наконец, замедленно произнес:

— Я только хотел сказать, что о хмере нужно было предупредить заранее. ДО того, как мы встретились. Таррэн мог сегодня погибнуть, а без него, сам понимаешь, все наше предприятие лишено смысла: Темный у нас всего один. И это заставило меня… беспокоиться. Прошу прощения, что сорвался, но впредь, будь так любезен, о подобных вещах говори загодя, чтобы нам больше не пришлось лихорадочно гадать, как выкрутиться из подобного дерьма, а людям не понадобилось успокаивать расстроенные нервы.

Дядько странно улыбнулся.

— Обо всем заранее не предупредишь. И всего не предусмотришь. Особенно, если новые сведения начать вываливать на ваши головы кучей, а не постепенно. На все есть свои причины, а у меня были веские основания молчать до поры до времени. В том числе и сейчас, потому что на этом сюрпризы далеко не закончились, и вам предстоит испытать еще немало потрясений. Могу даже клятвенно пообещать, что удивляться придется не раз, причем, очень сильно и долго. Так что привыкайте и старайтесь не слишком таращить глаза: необычное всегда рядом. Даже тогда, когда вы об этом не подозреваете. Таррэн, ты как? Пришел в себя?

Темный эльф мрачно посмотрел, одним коротким взглядом выразив всю глубину своего неземного "счастья" по этому поводу, но повторять ошибки Элиара не стал — просто кивнул, хотя поговорить с Урантаром по душам ему ОЧЕНЬ хотелось. Аж до зуда в сведенных судорогой кулаках.