— Хотелось бы узнать, в чем она заключается?

— А Коля вам не объяснил?

— Нет.

— Извините. Я думал… Все очень просто. Нам нужен начальник внутренней охраны. — Роман Олегович сделал театральную паузу, но, не увидев ожидаемой реакции, продолжил. — Самая лучшая работа. Никаких нервов. У нас семь внутренних постов. Таких как на входе. Ваша задача: раздать утром рации, проверить внешний вид, провести инструктаж и несколько раз в сутки проверить несение службы. Для начала — четыреста долларов. По-моему, это нормально!

Ледогорову вдруг безумно захотелось курить. Он уже понял, что в помещениях банка это запрещено, поэтому даже не спрашивал.

— Так как?

Ледогоров думал, что после розыска о такой работе можно только мечтать, что зарплата в четыре раза выше его нынешней и что будет много свободного времени. Очень много свободного времени. Слишком много свободного времени. В лишенном запахов стерильном здании. Среди людей-рыбок. Где нельзя курить.

— Так…

— Я могу подумать?

Роман Олегович передернул плечами. В его понимании, думать было не о чем.

— Конечно. Но не долго.

— Я позвоню вам завтра. Повинуясь нажатию кнопки под столешницей, в дверях возник рыжий.

— Проводи, — Роман Олегович снова улыбнулся. — Я жду решения.

Ледогоров встал.

— Спасибо. Вы раньше работали в ФСБ?

Замуправляющего покачал головой и усмехнулся. Лицо у него вновь стало серьезным, с каким-то оттенком грусти.

— Нет, — мягко произнес он. — Не в ФСБ. Я работал в КГБ. А это совсем разные вещи. Всего доброго.

На улице жгло невыносимо. Нескончаемый поток человеческих тел тек к вокзалу и в недра метро. Ледогоров присел на ступеньку какого-то магазина и с наслаждением закурил. Пахло бензином, асфальтом, потом, цветами, пирожками, пивом, духами, помидорами и свежевы лов ленной корюшкой. Пахло суетой, городом и жизнью. Приближался полдень.

* * *

В коридоре отдела, прямо напротив дверей ледогоровского кабинета топтался агент всех разведок мира Женя Васин, по кличке «Мутный». Женя представлял собой хорошо знакомый каждому более-менее опытному оперу тип источника — сумасшедший фантазер. Изо всех сил стараясь быть полезным, Женя изобретал иногда такие сюжеты, что главк готов был поднимать в воздух вертолеты, а «комитетчики» уже сверлили дырки для орденов. Потом все вскрывалось. Женю били и стращали психбольницей, но он уже на следующей неделе находил новых благодарных слушателей из числа сотрудников спецслужб. Ледогоров был одним из немногих, кто сумел извлечь из общения с Мутным конкретную пользу. Он очень быстро заметил, что когда Женя рассказывает о складах с оружием и чеченских террористах — это полная чушь, а когда о ворованных автомагнитолах — это правда. В районе Мутного считали убогим и особо не боялись при нем говорить.

— Здравствуйте, Александр Игоревич.

— Привет.

Ледогоров отпер дверь и вошел в кабинет.

— Есть информация.

— Опять про террористов.

Он воткнул чайник в розетку.

— Да, — Женя присел на краешек стула. У него было худое лицо с выпирающими скулами. И весь он был тощий, нескладный, в старом, дырявом спортивном костюме. — Я вчера у Тенгиза на рынке ящики грузил, вечером. К нему кавказец прибежал. Нервный, запыхавшийся. Тенгиз своего племянника подозвал и они с ним ушли. Сейчас везде призывают к бдительности. А грузины чеченам помогают. Я думаю, что это террорист был. Беглый.

Ледогоров чуть не рассмеялся. Бывает же так. Когда уже ничего не надо — все само падает в руки.