– Что там? – Арис, ну надо же!

Никогда бы не подумал, что этот особист способен на такую собачью преданность! С другой стороны – что я о нем знаю, если по хорошему? Дурацкая привычка судить о людях исходя из собственных впечатлений…

– Поручик? А это… – особист также попятился.

– Да пропустите нас наконец! – я отодвинул рукой Ариса и мы прошли. – Где Его Высочество? Как он?

– Плох… – вздохнула Настенька. – Как удар у него случился, так из кресла, почитай, не встает…

Принц скрипнул зубами.

– Проводите нас?

Мы прошли в кабинет Артура Николаевича. В квартире витал тот самый, старческий дух болезни, от которого хочется бежать на все четыре стороны. Дверь открылась и я вошел первый.

– Ваше превосходительство, разрешите доложить – ваше приказание выполнено!

Следом за мной в комнату шагнул наследник.

Регент сидел в своем кресле, в какой-то пижаме, веки его были полуприкрыты и казалось, что он вообще нас не слышит. Он медленно повернул голову в нашу сторону, широко раскрыл глаза, зрачки его расширились…

– Поручик! Здесь!?

– Ваше приказание выполнено, ваше превосходительство! – повторил я, пытаясь не расплакаться.

– Что-о?

Наконец он разглядел моего спутника.

– Господи-ты-Боже-мой! – на одном дыханьи выпалил он, крепко взялся руками за подлокотники, напрягся и встал.

Артур Николаевич сделал несколько шагов в нашу сторону, и с каждой секундой его движения становились всё увереннее, спина распрямлялась, а взгляд обретал ясность. Он подошел к принцу и крепко сжал его руку.

– Как же я, черт возьми, рад тебя видеть! – они коротко обнялись. Регент осмотрел себя и недовольно фыркнул: – Мне нужно привести себя в порядок! А вы – действуйте. Помогу чем смогу, но время дорого… Слишком много мы его потеряли, слишком много! Вперед, вперед! Настало время молодых!

Легко ему было говорить – вперед! Я, например, очень смутно себе представлял, что вообще можно предприянять. Я должен был доставить наследника к Регенту – я это сделал. Мне хотелось просто рухнуть на кровать в своей каморке и проваляться так трое суток, но – это был еще не конец.

– Дураком чувствую себя в этом наряде, поручик. Есть во что переодеться? – это были первые слова от него за полдня.

– У меня только хаки, – развел руками я.

– Пусть будет хаки, почему нет? – кивнул наследник. – И рост у нас вроде почти одинаковый…

У меня тут были два запасных комплекта формы – полевая и парадная. Конечно, принцу я отдал парадный мундир.

Рост действительно был один, а вот в плечах он был пошире. Золотые погоны были аккуратно откреплены и переданы мне, фуражка – тоже. Он вообще снял все знаки различия, но и в этом довольно простом пехотном мундире смотрелся гораздо представительнее чем я – при погонах и крестах.

– Куда теперь? – спросил он.

– Есть только одно место, где я могу быть уверен в людях на все сто процентов, – ответил я.

Седьмая штурмовая дивизия квартировала на окраине столицы – как раз там, где Центральный проспект превращался в шоссе. Временно исполняющим обязанности ее командира был полковник Бероев. И, завидев меня на контрольно-пропускном пункте, он пришел в ошеломленное состояние души. А когда увидел, кто выпрыгнул из пролетки следом за мной – кажется, начал терять рассудок.

– Поручик, мать твою, это же, мать его…

– Мать его я бы трогать не стал, господин полковник, но в остальном вы абсолютно правы.