Я прочел отчет. В последний момент Клэр перепоручила вскрытие Колфилду. Это было для меня новостью, мы этим делом не занимались. Джереми фыркнул.

– Может быть, хороший доктор Колфилд отнесся несколько небрежно к такой замене.

– А как с этим соотносятся написанные слова? Я не могу соединить их.

– НИКОГДА НЕ НАЧИНАЙ СО СЛОВ! Они и не должны иметь никакого смысла ДЛЯ ТЕБЯ!

– Хотелось бы, чтобы они все-таки что-то означали, – сказал я. Меня смущало, что толстые каракули фраз не выстраивались в систему, не хватало момента, когда можно щелкнуть пальцами и сказать: «Вот оно!»

– Что-то означали? ЧТО-ТО ОЗНАЧАЛИ? Что ты знаешь о значении? Может быть, ты знаешь, что означает горящая шелковая подушечка на глазах маленькой куколки Эдриана? Твои люди заявляли, что это был способ спрятаться. А я сказал, что это были узы любви… Разве я не говорил, что Эдриан любил свой огонь гораздо сильнее, чем женщина может любить мужчину, и разве не я послал тебя искать поджоги? Какой был первый шаг в процессе отбора Джоэла? Можно я буду называть его Джоэлом? Спасибо… Джоэл находил людей на пожарах и следовал за ними, пока ЛЮБОВЬ САМА НЕ ПРОКЛАДЫВАЛА ПУТЬ.

Для Джоэла Эдриана не было смысла в том, чтобы рассматривать огонь как духовную сущность. Для него не было смысла в том, чтобы верить, что его поджоги выберут жертвы для смерти. Я не видел этого, а Джереми видел, как увидел и пожары, отобравшие четыре следующие жертвы. Я не мог заглянуть в мир Джоэла Эдриана, за что ежедневно благодарю Господа. А Джереми мог. Как я могу сомневаться в его словах?

Я кивнул.

– Ты прав, Джереми. Мне нечего возразить.

– Ваше участие спасло людям жизнь, мистер Риджеклифф, – заговорила Эйва.

Джереми повернулся к ней, губы его насмешливо скривились.

– Ты видишь в этом спасение людских жизней, ведьма. А я вижу ПРЕДАТЕЛЬСТВО ДЖОЭЛА ЭДРИАНА!

Эйва вздрогнула, сумочка ее упала, а содержимое рассыпалось по полу. На белой плитке закружилась красная зажигалка.

– О, не нужно так возбуждаться, дорогуша! – сказал Джереми, улыбаясь зажигалке. – Мы уже на месте.

Он встал и снова принялся ходить кругами.

– Карьера Колфилда рухнула в первый же день, как он вышел на работу, Карсон. Годы труда… – он улыбнулся, – как щелчок пальцами. Я думаю, что парень, которого ты ищешь, – это как раз малыш, обиженный на бывшего шефа за то, что сунул свои пальчики в блендер. Подумай о телах, как о… о почтовых открытках. Хорошая аналогия! Открытки из ада. Скучаю по тебе, жалею, что тебя нет со мной… И она там будет, если только мальчик не бросает слов на ветер.

– А почему нет голов? – спросила Эйва.

Джереми резко повернулся к ней, на его шее выступили вены.

– Потому что ЧТО-ТО должно ОТСУТСТВОВАТЬ, детка, а отсутствующие пальцы прямо указывали бы на него. Смотри-ка, получился оксюморон! А теперь подумай: может ли даже самое совершенное тело функционировать без головы? Нет. Может ли даже самый идеальный патологоанатом функционировать без руки? – Он обратился ко мне. – Расскажи мне, как были отрезаны головы.

– Практически с хирургической точностью, – ответил я.

Джереми скрестил руки на груди и нетерпеливо забарабанил большими пальцами.

– Разве это не указывает на человека, чье предназначение – резать и кромсать?

Эйва поморщилась и сказала:

– Не было там хирургической точности. Были какие-то колебания, он отклонялся.

– У него, блин, осталась половина руки, ШЛЮХА!

Внезапно Джереми оказался на полу, а руки мои держали его за горло.