- Ты не думаешь, что это может быть "чувство смерти"? - тон тени стал вкрадчив и задумчив.

   - Не думаю. Все, кто описывал "чувство" и действительно предсказывали какое-то обстоятельство своей смерти, говорили о страхе, подавленности и коме в горле, подкатывающих слезах. А тут было другое; нервное возбуждение, тревога, предчувствие чего-то. Не обязательно негативного, просто волнение перед важным жизнеопределяющим событием. Чувство, как перед важным экзаменом, перед вручением погон, перед парадом, но в разы более интенсивное.

   - Оно есть и сейчас?

   - Нет. Сейчас мне просто любопытно.

   - Ты хочешь испытать это ощущение снова, - пробормотал он. - Неожиданно...

   - Что именно неожиданно? - интересно, кто из нас кого сейчас сильнее запутал?

   - Неожиданное поведение, особенно для тебя. Значит, я составил не слишком точный твой психологический портрет, что говорит о необходимости продолжения наблюдений. Мне казалось, ты просто флегматичен и невозмутим, а всё оказалось гораздо интереснее.

   - Интереснее?

   - Тебе скучна обычная размеренная жизнь. Ввиду характера, ты можешь приспособиться к любым условиям жизни, и будешь принимать их как должное. Но на самом деле по-настоящему живым ты чувствуешь себя только на грани, и подсознательно стремишься загнать себя на эту грань. Обычно рациональная часть тебя и воля настолько сильнее этого желания, что ты его не ощущаешь, и делаешь всё строго наоборот. А здесь ощущение оказалось слишком сильно. Нет, в такие моменты я очень жалею, что не являюсь эмпатом и не могу читать мысли. Я бы очень хотел понять, что происходит у тебя в голове.

   - Ты несёшь ерунду, - я поморщился. Меня вполне устраивало отсутствие у этого типа эмпатических способностей, а его копание в моём "психологическом портрете" удовольствия не доставляло. Тем более, что говорил он действительно, на мой взгляд, глупости - сколько себя помню, очень хотел именно "пожить спокойно", только в детстве для сироты это по определению недостижимая мечта, а после - недостижимая мечта для офицера-огневика. - Я не пытаюсь испытать это ощущение снова, я пытаюсь выяснить причины его появления.

   - В любом случае, мы ведь останемся каждый при своём мнении, так что предлагаю свернуть эту тему, - недовольно резюмировал Тень. Я согласился, и дальше мы двигались уже молча. Тяжёлые растрёпанные колосья дичающей ржи, плотные стебли полевых цветов, тонкие паутинки сорных злаков и колючие побеги других сорняков обступали дорогу, свешивались, цеплялись за одежду, хлестали по сапогам. Поле стрекотало и гудело на разные голоса; я убил на себе нескольких жаждущих крови оводов, после чего поставил защиту от насекомых, точечно сжигающую летучую и ползучую дрянь на расстоянии пары десятков вершков.

   Солнце, видимо, решило отыграться за долгие дожди, и теперь палило нещадно. Лес приближался возмутительно медленно, и уже минут через двадцать я начал понимать, что очень сильно отвык от жары и солнца; даже огненная природа не слишком спасала.

   К счастью, поле было не бесконечным, и я в конце концов окунулся в долгожданную лесную прохладу. Здесь дорога выглядела гораздо более целой, чем в поле, но производило это скорее гнетущее впечатление.

   - Не хочешь прогуляться по лесу? - без особой надежды на положительный ответ предложил я.

   - Прогуляться, потому что ты устал от моей компании, или прогуляться для разведки обстановки? - иронично уточнили снизу.