Жизнь тебя проиграла стуже,

и смерти ты не нужен!"

   - Вот по этой дороге пойдёшь, и аккурат к Кривому Озеру выйдешь, - возница, колоритный старик с вислыми усами и длинной изогнутой курительной трубкой в зубах, придержал вяло шагающую лошадь и махнул рукой на ныряющее в поле ответвление дороги. Если основная "магистраль", по которой мы ехали вот уже часов пять, представляла собой добротную бетонку, то этот отвилок был явно протоптан тракторами, и заброшен достаточно давно: плотно утрамбованную землю уже пробили первые ростки. Еще чёрез несколько лет эту дорогу вообще будет невозможно найти.

   - Спасибо, отец, - я кивнул, пожал руку старика и спрыгнул с телеги.

   - Не ходил бы ты туда один, товарищ. Недоброе это место стало. Нехорошие там вещи некросы поганые творили, помяни моё слово! - не в первый уже раз за время пути предостерёг меня старик.

   - А где они хоть что-то хорошее сотворили? - я хмыкнул.

   - Твоя правда, - он степенно кивнул, задумчиво поглаживая усы. - Ну, не буду отговаривать, понимаю - служба. Бывай, служивый, береги себя. Хороший ты человек!

   - Спасибо на добром слове. И ты, отец, не хворай, береги тебя Рос!

   И мы двинулись в разные стороны. Старик, прикрикнув на кобылу, дальше по дороге, а я - в жёлто-зелёное разнотравье дичающего заброшенного поля, к виднеющемуся вдали лесу.

   - А теперь может всё-таки ответишь мне на вопрос, на который не ответил тому мужику? - слева от меня нарисовалась короткая по полудню тень. - Зачем мы идём в эту заброшенную деревню? Нам подобные попадались, и они у тебя интереса не вызывали, а тут вдруг такой крюк.

   - Проверить, - я пожал плечами. - Понимаешь, сама по себе эта деревня действительно малопримечательна, и судьба её достаточно тривиальна. Но уж больно цеплялись доманцы за этот район, ведь неспроста же! Печёнкой чую, есть там что-то интересное.

   - Не вяжется у меня такое любопытство с твоим психологическим портретом, - с сомнением хмыкнул мой загадочный спутник. - Если бы всё было так просто, ты бы туда не полез. Оставил бы сообщение компетентным органам, у которых наверняка скоро дойдут руки до столь интересного и примечательного места. За время нашего знакомства я уже отлично усвоил, что ты предпочитаешь не лезть в чужое дело даже если очень хочется, считая, что каждый должен выполнять свои обязанности, и не вмешиваться в то, что таковыми не является. Так что тебя заинтересовало в этом Кривом Озере?

   - А ты не помнишь? Мы же здесь воевали, как раз за эту местность, - надо сказать, я удивился. Обычно памяти тени можно было только позавидовать.

   - Мне трудно ориентироваться в пространстве без конкретных ориентиров, - нехотя отозвались снизу. Вот это откровение! - Мог бы уже заметить, ты казался мне более наблюдательным. Но, в любом случае, моя память тут не причём. Я по-прежнему не могу понять примечательности этого места. Да, мы здесь были. Но ты успел побывать на всех фронтах и поучаствовать во многих сражениях, так чем интересно конкретно это место? Ностальгия? Не думаю, ты не сентиментален. Я не припомню, чтобы ты кому-то что-то обещал сделать в этом месте - ни командирам, ни боевым товарищам, как живым, так и покойным. И, наконец, ты вряд ли мог здесь оставить что-то, за чем необходимо вернуться. Значит, причина либо рационально-неочевидна, либо иррациональна. Открой тайну, ты же знаешь, мне трудно сдерживать любопытство.

   - Причина иррациональна, - я решил быть честным со своим многолетним спутником. В конце концов, он является весьма мудрым существом, хорошо понимающим окружающую реальность; зачастую понимающим лучше меня, хотя обычно это умело скрывает. - Ты же знаешь, прорицательских талантов у меня нет, есть только чутьё и интуиция. Так вот, здесь мне было очень тревожно.