- Это отвратительно, когда завтрак разговаривает, - прошипел он. - Несравненная моя, - вампир с улыбкой, как ни в чём не бывало, обернулся и подошёл к девушке. - Это животное очень удачно к нам попало. Мне нужны силы для превращения тебя, а тебе после возрождения нужна будет еда. Сейчас я возьму часть крови этого ничтожества, а потом ты выпьешь его душу, - всё это он говорил, уже прижимая девушку за талию.

   Юдола счастливо рассмеялась, обхватывая упыря за шею. То ли он окончательно задурил ей мозги, и девушка просто не понимает, что происходит вокруг, то ли мозги она себе задурила самостоятельно и гораздо раньше. Если было, что задуривать; всё-таки, гены - страшная сила.

   Выпустив красавицу из объятий, доманец скользящим шагом двинулся ко мне. Красуясь, демонстративно и театрально, успешно изображая своими движениями сытого кота, подходящего к мыши, хвост которой зажат мышеловкой. "Тебе не сбежать", - старательно подчёркивал он всем своим видом, едва не кричал об этом. Естественно, выпендривался не передо мной, а перед этой дурочкой, возжелавшей стать "бессмертной".

   Моя тень всё это время послушно трепетала в отсветах пламени, создавая лучшую из возможных маскировок.

   Наконец, вампир добрался до меня и начал медленно снимать с левой руки перчатку. Я демонстративно скривился; от не-мёртвого тянуло холодом. С трудом представляю, как же должно было перевернуться сознание Юдолы, если она могла вот это обнимать, да ещё и с удовольствием. Даром что труп ходячий, тут уж можно себя как-то убедить, что он - не то же самое, что обычные привычные покойники. Но вот получать удовольствие от объятий холодной статуи - это, мягко говоря, выше моего понимания. Если только в совсем уж нестерпимую июльскую жару, тогда, наверное, какая-то польза от него и может быть...

   Вампир закончил с перчаткой, и холодная ладонь вцепилась в моё горло. Прекрасно зная, что последует дальше, я попытался плюнуть в холодную бледную физиономию; нельзя было, чтобы он хоть на секунду заподозрил во мне спокойствие и уверенность в собственной победе. Естественно, я не успел - реакция вампира была очень быстрой и совершенно однозначной. В этот раз повезло меньше; кажется, он своротил мне нос. Во всяком случае, упомянутая часть лица горела от боли, и из неё пошла кровь.

   - Тебя найдут и убьют, нежить, - прохрипел я.

   - Но ты уже не увидишь, как я буду убивать твоих товарищей, - ухмыльнулся он и, запрокинув мне голову, впился клыками в шею.

   Истошный визг, который издала тварь, шарахнувшись от меня как от прокажённого, оглушил, но лёг бальзамом на избитую физиономию.

   - Какого... дьявола?! - прохрипел вампир, хватаясь обеими руками уже за своё горло. Должно быть, ему было больно; непривычные для нежити ощущения. Я, прикрыв глаза, сосредоточился и одним рывком освободился из ржавых оков, оставив в них две проплавленных дыры. Потирая запястья, безразлично пожал плечами.

   - Я прекрасно разбираюсь в мундирах вашей кодлы. А вот если бы ты дал себе труд выучить отличие офицерского мундира от солдатского, вполне мог пережить нашу встречу.

   - Но... тень! - говорить нежити было всё труднее; огонь внутри разгорался.

   - А это останется моей маленькой тайной, - не удержался от злорадной улыбки я, аккуратно ощупывая собственное лицо. Да, нос этот урод мне всё-таки сломал.

   Вампир корчился на полу минут пять, но ни капли жалости к нему во мне не было.