— Сперва я должен доложить о вашем прибытии, леди Стаффорд, а вы и господин ваш можете пока немного передохнуть и выпить подогретого вина.

— А моего отца здесь не окажется случайно, мастер Кромвель? Я ведь не для того приехала, чтобы встречаться с ним.

— Это я вполне понимаю, миледи. Не тревожьтесь. Он теперь старается не отставать от короля и сейчас находится в Элтгеме.

— Джейн Сеймур тоже?

— Сеймур, миледи?

— Да. Она тоже в Элтгеме?

— Насколько мне известно, король приглашал ее, но она отклонила приглашение. Сейчас она в Вулфхолле со всей семьей и не вернется оттуда до тех пор, пока не получит заверений короля, что он не станет более требовать от нее запретной любви. В последнее время она, похоже, встала на сторону Болейнов.

— С трудом верится! Я ведь не юная фрейлина, только что прибывшая ко двору, мастер Кромвель. Из всего, что вы сказали, следует один вывод: она метит очень высоко, и вам, как и господину моему Стаффорду, это отлично известно. Не думайте, что я ничему так и не научилась при дворе.

— Приношу свои извинения, леди Стаффорд. Так редко случается, чтобы столь ослепительная женщина, как вы, мыслила… э-э… подобно политику. А вы, я вижу, этим овладели. — Он отворил двери. — Входите. Отдохните у огня, а мой слуга подаст вам любые напитки, какие прикажете. Я же скоро вернусь.

Мария со Стаффом сняли теплые плащи. Слуга Кромвеля налил им вина и вычистил сапоги.

— Ты чувствуешь, господин мой? — тихонько сказала Стаффу Мария, усаживаясь ближе к пылающему очагу. Стафф, за спиной слуги, быстро поднес к губам палец и покачал головой.

— Чувствую — что, милая моя?

— Ну, каким здесь все кажется знакомым. — На самом деле она хотела сказать ему, как атмосфера дворца давит на нее и приводит в трепет. Как подавляюще действуют на нее сами стены и тяжелые гобелены после простых бревенчатых оштукатуренных стен Уивенго. Но Стафф, конечно, не зря призывал ее говорить обдуманно. Кромвель развел множество доносчиков, и Мария со Стаффом накануне ночью долго лежали без сна, договариваясь, насколько осторожными им следует быть, если они хотят благополучно обойти расставленные Кромвелем ловушки и выйти невредимыми из интриг двора в столь несчастливые времена.

Кромвель вернулся буквально через несколько минут.

— Ее величество в совершеннейшем восторге от вашего приезда, леди Стаффорд, и желает видеть вас без промедления. Не изволите ли последовать за мной? Господина вашего призовут, если того пожелает королева, пока же пусть он побудет здесь.

Мария дотронулась до плеча Стаффа и пошла вслед за Кромвелем. Необходимые ей силы и ту любовь, которую она выкажет при этом свидании, она черпала из своего естества, укрепившегося в тихом убежище Уивенго, но и в своем муже станет она черпать силы и любовь.

Когда Мария вошла в покои королевы, из всех фрейлин там была одна лишь леди Вингфилд, и ту Анна тотчас отпустила мановением руки. Какой пустынной, покинутой выглядела эта комната без привычной свиты фрейлин, занимающихся вышиванием или беседами! Не было даже музыканта Смитона, прежде неизменно восседавшего то на столе, то в кресле, а то и на краешке необъятного ложа королевы. Но ведь не мог же король, даже в гневе, уменьшить свиту королевы, да и вспыльчивый характер Анны не мог заставить их всех покинуть ее в трудную минуту!

— Сестра! Мария! Подойди ко мне. Как я рада, что ты приехала повидаться со мной! Мы давно не виделись.

Мария прищурилась, стараясь разглядеть Анну в полутьме занавешенного ложа. Занавеси на окнах были задернуты, несколько слабо горевших свечей освещали огромный стол рядом с ложем.

— Садись сюда, рядом со мной, чтобы я могла тебя видеть.