– Взяли из лос‑анджелесского «Таймс мэгэзин». Там было интервью со мной о повседневной жизни инспектора отдела по расследованию убийств. Люди жаждут ужасов, иначе им скучно. – Маквей сложил вещи проститутки в мешок для грязного белья, осторожно приоткрыл дверь номера, оглядел коридор и выставил мешок наружу.

– Но как они нас нашли? – Осборн все еще не мог прийти в себя.

Маквей аккуратно прикрыл дверь и снова запер ее на ключ.

– Они знали, за кем следит их человек. Знали, что я работал с Лебрюном. Все, что требовалось, – это послать кого‑нибудь в ресторан с парочкой фотографий в руках и спросить: «Это те самые парни?» Совсем не сложно. А девицу они подослали специально, чтобы, прежде чем нажать на спусковой крючок, убедиться, что мы те, кто им нужен. Она, наверное, надеялась, что ей удастся бросить взгляд‑другой, наплести нам что‑нибудь и улизнуть. Но, как видите, при необходимости она была готова разыграть комедию до конца.

Осборн покосился на дверь ванной.

– Что вы собираетесь с ней делать?

Маквей пожал плечами:

– Думаю, было бы неосмотрительно выставить ее прямо сейчас.

Осборн вернул ему газету и заглянул в ванную.

Девица, совершенно голая, сидела на стульчаке, привязанная к водопроводной трубе. Маквей затолкал ей в рот полотенце, и казалось, от ярости у нее вот‑вот глаза вылезут из орбит. Осборн без единого слова закрыл дверь.

– Та еще штучка, – усмехнувшись, сказал Маквей. – Когда сюда придут, она поднимет дикий визг из‑за своей одежды, и пока ей не вернут ее тряпки, до телефона у них руки не дойдут. Надеюсь, это увеличит наш драгоценный запас времени еще на пару секунд.

Глава 74

Через некоторое время Маквей и Осборн осторожно выскользнули в коридор и заперли за собой дверь. У обоих оружие было наготове, но оно не понадобилось – в коридоре не было ни души.

Люди, пославшие девицу на разведку, ожидали где‑нибудь внизу, скорее всего – под лестницей. Они не были уверены, что в самом деле вышли на Маквея и Осборна, у них было только подозрение, и они, конечно, понимали, что проститутка может в номере задержаться – она знала свое дело, и, если возникла необходимость заняться сексом с подозреваемыми, она своего не упустит.

Но времени на забавы отводилось не так уж много, это Маквей понимал отлично.

Коридор был выкрашен в темно‑серый цвет, на полу лежал темно‑красный ковер. Одна лестничная площадка находилась в конце коридора, вторая – в центре, около шахты лифта. Маквей выбрал лестницу подальше от лифта – не хотелось бы попасть в ловушку в самом центре здания.

Четыре с половиной минуты они спускались к подвальному этажу, потом через черный ход выскользнули из отеля и свернули на боковую улочку. Еще раз повернули направо и сквозь густеющий туман зашагали по бульвару Сен‑Жак. Было 2.15 утра, вторник, 11 октября.

* * *

В 2.42 два раза звякнул темно‑красный телефон Айана Нобла, стоявший на тумбочке около кровати. Звонков больше не было, только мерцала сигнальная лампочка. Осторожно, чтобы не разбудить жену, плохо спавшую из‑за мучившего ее артрита, Нобл вылез из кровати и через черную ореховую дверь вышел в свой рабочий кабинет, примыкавший к спальне.

Он снял трубку параллельного аппарата.

– Да.

– Маквей.

– Это были чертовски долгие полтора часа. Где вы?

– На улице…

– Осборн еще с вами?

– Мы теперь как сиамские близнецы.

Нобл нажал на находившуюся под столом кнопку, и крышка стола отошла в сторону, открыв карту Великобритании, снятую с воздуха. Повторное нажатие – и ее сменила кодированная таблица операций.