Наконец он оторвался от окна и посмотрел на Маквея.

– Кто эти люди? Зачем они все это затеяли?

Маквей пожал плечами.

– Вы знаете, что человек, которого вы застрелили, был из Штази?

– Это она вам сказала?

– Да.

– Она права.

Осборн недоверчиво протянул:

– Так вы знали?..

Маквей не ответил, промолчал и Нобл.

– Позвольте сказать вам то, чего вы еще наверняка не знаете. Премьер‑министр Франции подал в отставку. Об этом будет объявлено завтра утром. Он был вынужден уйти под давлением своей политической партии, потому что был противником новой роли Франции в Европейском сообществе. Он считает, что Германия пытается захватить все ключевые позиции.

– Это не новость. – Нобл отвернулся и заговорил с шофером.

– Нет, новость, потому что сделал он это, опасаясь за свою жизнь и жизнь своих близких, в том числе и Веры.

Маквей и Нобл переглянулись.

– Вы так думаете или это она так сказала? – спросил Маквей.

Осборн пристально посмотрел на него.

– Вера напугана, понимаете? По многим причинам.

– Вы не особенно облегчили ее положение. В следующий раз, когда я скажу вам, как себя вести, будьте любезны следовать моим инструкциям.

Маквей отвернулся от него и уставился в окно. Изредка встречные машины своими фарами освещали салон «ровера», но большую часть пути они проделали в темноте.

Осборн откинулся на спинку сиденья. Ему казалось, что никогда в жизни он не испытывал такой усталости. Ныла каждая мышца, больно было даже дышать. Заснуть бы… Осборн уже не мог припомнить, когда последний раз спал по‑человечески. Он рассеянно провел ладонью по шершавому подбородку и подумал, что не мешало бы побриться. Покосившись на Маквея, он увидел такую же усталость на его лице. Синие круги под глазами, отросшая седая щетина на подбородке. Одежда, хоть свежая и чистая, выглядела так, будто он спал в ней неделю. Нобл, сидевший впереди, выглядел не лучше.

«Ровер» притормозил, свернул в переулок и, проехав квартал, остановился перед подземным гаражом. Осборн спросил, куда они направляются.

– В Берлин, – отрезал Маквей.

– В Берлин?..

Два полисмена подошли к остановившейся машине и открыли дверцы.

– Сюда, джентльмены.

Полицейские повели их по коридору, потом – по бетонированной площадке перед ангаром. Они оказались в дальней части небольшого частного аэродрома. На летном поле их ожидал двухмоторный самолет. В салоне горел свет, по фюзеляжу спускалась складная лестница.

– Вы летите в Берлин, – сказал Маквей Осборну, – чтобы дать показания под присягой немецкому судье о том, что рассказал вам Мерримэн перед тем, как его застрелили.

– Вы имеете в виду Шолла?

Маквей молча кивнул.

Осборн почувствовал, как у него зачастил пульс.

– Он в Берлине?

– Да.

Нобл первым забрался в самолет.

– Моя задача помочь вам получить ордер на арест? – спросил Осборн.

– Я хочу поговорить с ним. – Маквей начал подниматься по лестнице.

Осборна охватило чувство эйфории. Он и обратился к Маквею для того, чтобы с его помощью добраться до Шолла!

– Я хотел бы присутствовать при этом разговоре, – сказал Осборн.

– Я так и предполагал. – Маквей исчез внутри самолета.

Глава 85

– Сами видите, никаких следов борьбы или насилия.