|
Вместо этого он повторил фокус Осборна с вызовом к телефону, чтобы избавиться от него и вместе с тем напугать. Хитрость и интуиция далеко завели Осборна, но теперь ему придется полагаться на логику. Логика же подскажет ему, что из Интерлакена есть только два пути – в горы и в Люцерн. А узнав, что поезд в Люцерн отправился из Интерлакена через десять минут после того, как туда прибыл фон Хольден, Осборн тут же, на следующем поезде, ринется в Люцерн в погоню за призраком.
* * *
Осборн выскочил из поезда в Гриндельвальде и быстро пересел в вагон состава, идущего в Кляйне‑Шайдегг. Там он совершит последнюю пересадку – до Юнгфрауйоха. Осборна уже не терзали сомнения. Он был уверен, что фон Хольден не притаился в засаде, а спокойно едет в поезде, вышедшем раньше. Самонадеянный фон Хольден убежден, что избавился от Осборна еще в Интерлакене. Он считает, что Осборн либо сидит там, растерянный и перепуганный до смерти, либо просчитался и поехал в Люцерн, надеясь, что фон Хольден направился туда. Вокзал Юнгфрауйох, как выяснил Осборн у одного из американских туристов, состоял из маленького почтового отделения, магазина сувениров, экспозиции под названием Ледовый Дворец, со скульптурами, вырубленными в стенах ледника, на которых и был построен вокзал, небольшой автоматизированной метеостанции и ресторана «Небесная таверна». Почти все это располагалось на разных уровнях и сообщалось с помощью лифтов. Больше там не было ничего, кроме горы и огромного, пустынного пространства ледника Алеч. Если фон Хольден намерен передать кому‑то содержимое рюкзака, это произойдет в пределах вокзала, но где именно и кому – оставалось загадкой, решить которую Осборну предстояло на месте. Поезд со скрежетом повернул, и Осборн поразился, как ослепительно сияют заснеженные пики гор на фоне ярко‑синего неба. Ближе всех возвышался Эйгер. Осборн издали увидел дикую пляску снежных вихрей под самой вершиной. – Мы поедем прямо туда, дружочек, сразу после Кляйне‑Шайдегга. – Крашеная блондинка улыбалась Осборну, указывая пальцем на вершину. Осборн отметил на ее лице следы косметической операции. Туристка с нарочитой небрежностью постукивала его по колену левой рукой без обручального кольца – она была не замужем и подчеркивала это. – Прямо через туннель, прорубленный в Эйгере; а оттуда, на обратном пути в Интерлакен, будет видна вся долина. Осборн улыбнулся, поблагодарил ее за информацию и пристально посмотрел ей в глаза, пока она не убрала руку с его колена. Вообще‑то он не имел ничего против слишком активных дам, но в данный момент его занимало совсем другое. Если бы, кроме револьвера Маквея, у него была бы хоть одна ампула сукцинилхолина для расслабления мышц – такая, какую он приготовил в Париже для Альберта Мерримэна…
Глава 141
Фон Хольден тоже пристально глядел на горы, высматривая облака или снежные вихри – предвестники сильного ветра и перемены погоды, – но ничего не увидел – и это среди всех невзгод казалось добрым знаком. Если возникнут сложности и придется уходить в горы, при такой погоде это будет легче. Вера сидела напротив фон Хольдена и смотрела на него. Он был полностью погружен в свои мысли и витал где‑то далеко. Что‑то в нем все больше отталкивало Веру, и ее смутная тревога усиливалась. Да, он полицейский и везет ее к Полу Осборну. Это правда, потому что ее освободили из тюрьмы под его ответственность, и он знал то, чего не мог бы узнать, не будь тем, кем назвался. Но что‑то все же тревожило ее. Вера силилась понять что. Она посмотрела наверх и увидела на багажной полке рюкзак, который фон Хольден вез из самого Берлина. До этого момента Вера ни разу не подумала о рюкзаке и его содержимом. – Там – свидетельства, – тихо сказал фон Хольден. – Документы, материалы, разоблачающие неонацистское движение. |
