Там он увидел нечто, повергшее его в шок. С фотографии на него глядело мертвое лицо Жана Пакара. Заголовок крупными буквами. «ЗВЕРСКОЕ УБИЙСТВО ЧАСТНОГО ДЕТЕКТИВА!»

Ниже подзаголовок: «Бывший наемник убит после чудовищных истязаний».

Прилавок поплыл перед глазами Осборна, закружился сначала медленно, потом все быстрее и быстрее. Пришлось опереться о него рукой. Сердце бешено колотилось, было трудно дышать. Осборн еще раз взглянул на газетную страницу. Никакой ошибки – знакомое лицо, и над ним не оставляющий сомнений заголовок.

Кассирша спросила, хорошо ли он себя чувствует. Осборн рассеянно кивнул, вынул из кармана мелочь, расплатился. Кое‑как добрел до лифта. Итак, совершенно ясно: Анри Канарак узнал, что Жан Пакар его выследил. Пекарь взял инициативу в свои руки. Осборн торопливо пробежал глазами статью. Имя Канарака не упоминалось. В статье говорилось лишь, что полиция обнаружила труп частного сыщика, но не выдвинула никаких версий и отказалась обсуждать убийство с журналистами.

Осборн стоял, дожидаясь лифта. Рядом дожидались трое японских туристов и какой‑то мужчина в мятом сером костюме. Осборн пытался собраться с мыслями.

Двери лифта распахнулись, оттуда вышли двое. Осборн и остальные вошли в кабину. Один из японцев нажал на кнопку пятого этажа, мужчина в сером костюме ехал на девятый этаж, Осборн – на седьмой.

Двери кабины закрылись, и лифт пополз вверх.

Что теперь? Первым делом Осборн подумал про досье, которое должен был завести на своего клиента Жан Пакар. Через это досье полиция сразу же выйдет на него и на Анри Канарака. Потом Пол вспомнил, что рассказывал Пакар о методике работы «Колб интернэшнл». Агентство гордится тем, что умеет защитить интересы своих клиентов. Его сотрудники работают с заказчиками в тесном контакте, а после выполнения задания передают клиентам все собранные материалы. В агентстве не остается даже копии. «Колб» полностью гарантирует сохранение тайны – это вопрос профессиональной этики. Однако Пакар не отдал Осборну никакого досье. Где же оно?

Тут Пол вспомнил, что детектив вообще ничего не записывал. Может быть, никого досье вовсе нет. Как знать, возможно, таков нынче метод работы частного сыска. Утечки информации быть не может. Ведь имя и адрес Канарака агент записал на салфетке в самый последний момент и передал Осборну из рук в руки. Салфетка до сих пор лежала в кармане осборновского пиджака. Скорее всего это и есть все досье.

Лифт остановился на пятом этаже, японцы вышли. Кабина поползла дальше. Осборн рассеянно взглянул на мужчину в мятом костюме. Где‑то он его уже видел, но не мог вспомнить, где именно. На седьмом этаже двери опять раскрылись, и Осборн вышел. Мужчина в сером костюме последовал за ним. Правда, Осборн свернул направо, а мужчина – налево.

Идя по коридору, Осборн обдумывал ситуацию уже спокойнее. Потрясение известием о гибели Пакара прошло. Нужно какое‑то время, чтобы оценить ситуацию и решить, как быть дальше. Предположим, Пакар перед смертью рассказал Канараку о своем клиенте, сообщил имя, адрес гостиницы. Раз Канарак убил детектива, то вполне может прикончить и заказчика.

Внезапно Осборн услышал шаги за своей спиной. Оглянувшись, он увидел все того же мужчину в сером костюме и вспомнил, что тот жал на кнопку девятого этажа, а никак не седьмого. Справа открылась дверь, и какой‑то молодой парень выставил поднос с грязной посудой. Мельком взглянув на Осборна, он снова закрыл дверь, щелкнул замок.

Теперь Осборн остался в коридоре наедине с незнакомцем. Повинуясь внутреннему сигналу тревоги, он резко остановился, спросил, обернувшись:

– Что вам от меня нужно?

– Чтобы вы уделили мне несколько минут, – спокойным, мирным тоном проговорил Маквей.