Если б Анри был таким же, как отец… Пришла беда – пусть. Они любят друг друга, они муж и жена, у них будет ребенок. Темнота за окном делала боль и непонимание еще острее.

Стиральная машина рыкнула в последний раз и замолкла. Анри встал, вынул из бачка отстиранную одежду, внимательно ее рассмотрел и, коротко выругавшись, сердито шагнул к шкафу. Запихнул мокрую одежду в извлеченный из шкафа пластиковый мешок, заклеил клейкой лентой.

– Что ты делаешь? – не выдержала Мишель.

Анри обернулся к ней.

– Я хочу, чтобы ты уехала. К своей сестре, в Марсель. Возьми девичью фамилию, скажи родственникам, что я тебя бросил, что я подлец и что ты понятия не имеешь, куда я уехал.

– Что‑что?! – пролепетала Мишель.

– Делай, как я сказал. Уезжай отсюда немедленно. Прямо сейчас.

– Анри, ради Бога, объясни мне, что произошло!

Вместо ответа Канарак швырнул мешок на пол и скрылся в спальне.

– Анри, ну пожалуйста… Я хочу тебе помочь!

Вдруг Мишель поняла, что он говорил совершенно серьезно. Напуганная до смерти, она застыла в дверях спальни, наблюдая, как он вытаскивает из‑под кровати два видавших виды чемодана. Анри подтолкнул чемоданы к ее ногам.

– Вот, бери. Запихни туда все, что сможешь.

– Нет! Я твоя жена! Какого черта?! Ты не имеешь права так со мной поступать, да еще без всяких объяснений!

Канарак долго молча смотрел на нее. Хотел что‑то сказать, да, видно, слов не нашел. С улицы просигналил автомобиль. У Мишель сузились глаза. Она оттолкнула мужа, подбежала к окну. Так и есть – внизу стоял белый «ситроен» Агнес Демблон; двигатель работал, из выхлопной трубы вырывался белый дым.

– Я люблю тебя, – сказал Анри. – А теперь отправляйся в Марсель. Деньги я пришлю.

– Ты не ездил ни в какой Руан. Ты был у нее.

Канарак молчал.

– Катись отсюда, ублюдок. Вали к своей подлой Агнес Демблон.

– Нет, уехать нужно тебе.

– Это еще почему? Ты будешь жить с ней?

– Да. Если тебе так легче.

– Ну и черт с тобой. Будь ты проклят! Чтоб земля под тобой провалилась, сукин ты сын!

Глава 26

– Я понял, – тихо и очень спокойно сказал Франсуа Кристиан, поигрывая бокалом с коньяком. Глаза его смотрели в сторону, на огонь в камине.

Вера молчала. Ей было трудно расставаться с этим человеком, она была обязана ему так многим. Уйти безо всяких объяснений? Нет, это оскорбительно для него да и для нее тоже – она ведь не какая‑нибудь шлюха.

Время близилось к десяти. Они закончили ужин и теперь сидели в просторной гостиной на улице Поля Валери, между авеню Фош и авеню Виктора Гюго. Вера знала, что у Франсуа, кроме этой роскошной квартиры, есть еще дом за городом. Там живут его жена и трое детей. Вполне возможно, что эта квартира не единственная, но Вера никогда не задавала лишних вопросов. Например, не пыталась выведать, есть ли у него другие любовницы. Скорее всего есть.

Отпив кофе, она посмотрела на него. Он по‑прежнему сидел неподвижно. Темные, аккуратно подстриженные волосы, чуть тронутые сединой у висков. Строгий костюм в полоску, белоснежные манжеты – одним словом, аристократизм и элегантность.