-  А вот сейчас должен явиться настоящий злодей, - проворчал я, - и прикончить ослабевшего героя. Это называется драма. Хотя какой из меня герой?

    -  А если злодей не будет добивать героя? - прошелестел надо мной тихий голос.

    -  Тогда вообще Мрон знает что получается, - скривился я.

    Он материализовался рядом со мной. Высокий, сухощавый, черноглазый и черноволосый, нос с горбинкой, взгляд усталый, грустный. Присел, задумчиво посмотрел на меня.

    Я отодвинулся, опасливо глянул: а вдруг кусаться начнет, как та тварь. Хотя, если и начнет, я все равно сделать ничего не смогу, меня сейчас и котенок на обе лопатки положит.

    -  Действительно, Мрон знает что… - он смущенно улыбнулся, - но нам выбирать не приходится. Это ведь не книга и не пьеса… тут все через… гм… ну ты понял.

    -  Ну да, - согласился я. - Но мы все стараемся жить по-книжному, ведь только в книгах есть герои без страха и упрека, только там есть абсолютное зло и вселенское добро…

    -  Но жизнь все равно не книга, - он одобрительно хмыкнул. - А ты понял мою мысль.

    -  На поверхности болталась, осталось ухватить, - я пожал плечами, поморщился: острая боль пронзила позвоночник. - Так что, есть не будешь?

    -  Ты невкусный, - уже открыто ухмыльнулся он.

    -  Твоя подружка так не думала, - я поежился, оглянулся на кучку золы у стены.

    Он помрачнел, судорожно сжал кулаки, черты правильного лица заострились.

    -  Я любил, - тихо произнес он. - Но в тот день все пошло наперекосяк… Сыночек старосты воткнул мне нож в спину, а ее изнасиловали всей деревней, потом выжгли глаза… Я должен был отомстить! И отомстил.

    -  А сейчас что-то изменилось? - спросил я. Мертвый маг пожал плечами, устало вздохнул.

    -  Все изменилось. Изменился я, изменился и мир, в котором мне уже не место, но почему-то все торчу тут… первое время мучил этих деревенских бедолаг, а потом надоело. Надоело быть не живым и не мертвым. Поэтому стал ждать мага, что сможет…

    -  А сам ни-ни? - поинтересовался я.

    Он развел руками, скривился - никто не любит признавать свою слабость и ошибки.

    -  Она меня не отпускала. Я ведь ученицей ее хотел сделать, талантливая девочка была. Но когда все произошло, моя Сила сделала из нее чудовище.

    -  А сейчас?

    -  А сейчас я свободен, - он печально улыбнулся.

    Я с кряхтением поднялся, охая, ахая и ругаясь. Все тело в ссадинах, синяках, в груди печет - то ли от дыма, то ли от перенапряжения. Глаза режет, кровоточат искусанные от страха губы.

    Мертвый маг подошел к остаткам моего посоха, долго ходил вокруг, цокал языком, хмыкал, кривился. Наконец странно посмотрел на меня - то ли с жалостью, то ли с презрением в черных глазах.

    -  Я так понимаю, чародеи вырождаются?

    -  Специализация, - буркнул я угрюмо.

    Он кивнул, еще раз осмотрел обгоревший посох.

    -  Помню-помню… - задумчиво произнес он - Из-за этого я и появился здесь.