— Выглядит все это как самоубийство. — покачал головой Фредрик.

— Нами просто хотят купить время для того, чтобы Речь Посполитая сумела собраться с силами. Ну и османы бы подтянулись. Я слышал — они не спешат на войну.

— За вступление в войну они предлагают дать нам три миллиона талеров.

— А что предлагает Петр? — поинтересовался Вольмар Антон Шлиппенбах.

— Швеции, России, Дании и Мекленбургу заключить оборонительный союз. Швеции и России заключить торговый договор для свободной беспошлинной торговли между нашими странами. После чего он предлагает нам присоединится к войне на его стороне и забрать себе польское побережье. А если хватит сил, то всю Великопольскую провинцию.

— Щедрое предложение, — кивнул Левенгаупт.

— А что в это время будут делать Дания и Мекленбург? — спросил Шлиппенбах. — Просто сидеть и ждать?

— Данию он подбивает отправиться в Средиземное море и взять Крит. А если получится и еще что-то. Повторив в какой-то степени поход Сигурда Крестоносца. А Мекленбургу — помочь нам в занятие Великопольской провинции при условии, что мы им взамен уступим Померанию.

— Это интересная комбинация.

— Да, но лишь в том случае, если русские войска будут выигрывать в этой войне.

— Тогда нам нужно просто немного посидеть и подождать, — улыбнулся Реншильд. — Ссылаясь на неготовность армии. Что будет чистой правдой…

* * *

Вечерело.

Небольшую, но добротную деревянную усадьбу недалеко от Москвы медленно накрывала тьма.

Тишина.

Аким, местный конюх, решил заночевать на сеновале в конюшне. Благо что погода способствовала. Вроде как улегся. И тут его приспичило как иной раз бывает. Раз — и захотелось по малой нужде. Он уже было собрался спуститься вниз, как заметил какие-то тени.

Пугающие тени.

Отчего затаился, опасаясь привлечь их внимание.

Со стороны леса к усадьбе подходили лейб-кирасиры. Стараясь держаться в тени. Отчего разглядеть их можно было только случайно. Да и то — смутно.

Вот они достигли здания.

Осторожно обошли его, стараясь не мелькать у окон или на каких-то открытых площадках.

Минута.

Две.

И несколько бойцов направилось к двери, в то время как их товарищи, вскинув свое оружие, взяли под прицел окна. Еще одна группа прикрывала их, держа «на мушке» другие потенциально опасные строения и направления.

Дверь главного здания усадьбы на ночь запирали на задвижку. От греха подальше. Но это лейб-кирасир не смутило. Один из них взял и постучался.

Просто так и бесхитростно.

Никто не отозвался.

Он постучался вновь.

И вновь тишина. Хотя в окнах явно кто-то мелькнул. Но изнутри лейб-кирасир вряд ли можно было разглядеть. Уже темно. И они держались так, чтобы находиться не на виду. Да и окна располагались не самым удачным образом.

На третий стук изнутри крикнули раздраженно:

— Кто там?

Но лейб-кирасиры молчали.

Чуть позже раздался новый стук…

На седьмой раз терпение обитателей усадьбы закончилось. И один из них с грозными матами распахнул дверь. Явно намереваясь проучить этого молчуна, за которого, вероятно они приняли Акима. Но единственное, что у него получилось, это схлопотать с ноги в живот.