|
В Варшаве толкуют, что на Украине и так слишком мало войска и что гетманы не могут справиться с Хмельницким. Что поделаешь! Видно, кое-кому Украина милей, чем Великая Польша... В немилости мы с вами, в немилости! Отдали нас на съедение! - А кто в этом повинен? - спрашивал Шлихтинг, всховский судья. - Кто повинен во всех бедах Речи Посполитой? - воскликнул воевода. - Да уж конечно, не мы, братья шляхтичи, мы ведь грудью ее защищаем. Шляхтичам, которые слушали его, очень польстило, что “граф бнинский и опаленицкий” почитает себя за ровню им и называет “братьями”. - Ясновельможный воевода, - тотчас подхватил Кошуцкий, - побольше бы его величеству таких советников, как твоя милость, уж, верно бы, нас не бросили тогда на съедение врагу. Но, похоже, там правят те, кто гнет спину. - Спасибо, брат, на добром слове! Во всем повинен тот, кто слушает злого совета. Наши вольности кое-кому как бельмо на глазу. Чем больше погибнет шляхты, тем легче будет ввести absolutum dominium.<Абсолютную власть Польская шляхта и в особенности магнаты ревниво оберегали свои вольности, опасаясь установления в Польше королевского абсолютизма. В абсолютистских планах шляхта не без основания подозревала королеву Марию Людвику.> (лат.). - Неужто же нам ради того погибать, чтобы дети наши стонали в неволе? Воевода ничего не ответил, а изумленная шляхта переглянулась. - Так вот оно дело какое? - раздались многочисленные голоса. - Так это нас сюда на убой послали? Теперь мы поняли! Не сегодня начались эти разговоры об absolutum dominium! Но коли на то пошло, так и мы сумеем позаботиться о наших головах! - И о наших детях! - И о нашем имении, которое враг будет опустошать igne et ferro.<Огнем и мечом (лат.).> Воевода молчал. Весьма странным способом воодушевлял своих солдат этот военачальник. - Король всему виною! - кричало все больше голосов. - А вы помните историю Яна Ольбрахта <польский король в 1492 - 1501 годах. Шляхетское общественное мнение обвиняло короля в гибели значительной части шляхетского посполитого рушения во время похода в Молдавию в 1497 году, что нашло отражение в приводимой в тексте поговорке.>? - спросил воевода. - “При короле Ольбрахте погибла вся шляхта!” Измена, братья! - Король, король изменник! - крикнул чей-то смелый голос. Воевода молчал. Но тут Острожка, стоявший рядом с ним, захлопал себя по ляжкам и так пронзительно запел петухом, что все взоры обратились на него. - Братья шляхтичи, голубчики! Послушайте мою загадку! Шляхтичи, переменчивые, как погода в марте, мгновенно забыли о своем негодовании; сгорая от любопытства, они хотели теперь одного - поскорее услышать новую остроту шута. - Слушаем! Слушаем! - раздались голоса. Шут, как обезьяна, заморгал глазами и стал читать пискливым голосом: Получил он от брата жену и венец, Только тут же пришел нашей славе конец. Он подканцлера выгнал и нынче, ей-ей, Сам подканцлером стал при... супруге своей - Король, король! Клянусь богом, Ян Казимир! - раздались голоса со всех сторон. |
