|
Здесь же были одни вельможи, занимавшие высокие посты, и хотя во время войн они тоже выступали в походы с шляхетским ополчением, однако никогда не бывали военачальниками. Мир ненарушимый охладил боевой пыл и у потомков тех рыцарей, перед которыми некогда не могли устоять железные когорты крестоносцев, превратил их в державных мужей, ученых, сочинителей. Только суровая шведская школа научила их тому, что они успели забыть. А пока вельможи, собравшиеся на совет, неуверенно переглядывались и, боясь заговорить первыми, ждали, что скажет “Агамемнон”, воевода познанский. “Агамемнон” же ровно ничего не смыслил в военном деле, и речь свою снова начал с жалоб на неблагодарность и бездействие короля, который всю Великую Польшу и их самих с легким сердцем отдал на растерзание врагу. И как же был красноречив воевода, какую величественную принял осанку, достойную, право же, римского сенатора: голову он держал высоко, черные глаза его метали молнии, уста - громы, а седеющая борода тряслась от воодушевления, когда он живописал грядущие бедствия отчизны. - Кто же страждет в отчизне, - говорил он, - как не сыны ее, а здесь нам придется пострадать первым. Наши земли, наши поместья, дарованные предкам за заслуги и кровь, будет первыми попирать враг, который, как вихрь, приближается к нам с моря. За что же мы страдаем? За что угонят наши стада, потопчут наши хлеба, сожгут деревни, построенные нашими трудами? Разве это мы нанесли обиды Радзеёвскому, разве мы несправедливо осудили его и преследовали как преступника, так что он вынужден был искать покровительства у иноземцев? Нет! Разве мы настаиваем на том, чтобы пустой титул шведского короля, который стоил уже моря крови, был сохранен в подписи нашего Яна Казимира <Отец Яна Казимира Сигизмунд III Ваза был королем Польши (с 1587 г.) и Швеции (с 1592 г.), но уже с 1599 года фактически, а с 1604 года и формально Сигизмунд был лишен шведского престола, на котором утвердилась другая ветвь династии Ваза. Польские короли - сам Сигизмунд III и его сыновья Владислав IV и Ян Казимир - сохраняли в своем титуле звание шведских королей, что служило постоянным поводом польско-шведских конфликтов. По условиям Оливского мирного договора 1660 года, завершившего описываемую в романе войну, Ян Казимир отказался от претензий на шведский престол и от титулования себя шведским наследственным королем.>? Нет! Две войны пылают на двух границах - так им понадобилось вызвать еще третью? Пусть бог, пусть отчизна судят того, кто во всем этом повинен!.. Мы же умоем руки, ибо не повинны мы в крови, которая прольется... Так метал воевода громы и молнии, но когда дошло до существа дела, ничего путного он посоветовать не смог. Тогда послали за ротмистрами, которые командовали ратниками, в первую голову за Владиславом Скорашевским, который был не только славным и несравненным рыцарем, но и старым воителем, знавшим ратное дело как свои пять пальцев. Его дельных советов слушались нередко даже военачальники, тем более жаждали их сейчас вельможи. Пан Скорашевский посоветовал стать тремя станами - под Пилой, Веленем и Уйстем - на таком расстоянии, чтобы в случае нападения войска могли прийти друг другу на помощь; кроме того, все поречье, охваченное полукружьем станов, укрепить шанцами, которые господствовали бы над переправами. - Мы увидим, - говорил Скорашевский, - где враг наводит переправу, и соберем тогда там все три стана, чтобы дать ему достойный отпор. |
