А тут считай бесплатно, за то, что они служат своему регу.

Мана небесная, не иначе!

Никто из них не понимал, что Сенат Рима тупо их покупал. Не совсем в лоб, конечно, но сути это не меняло. Их брали в оборот красивым, но, в общем-то, мерзким образом. В чем-то даже изящно…

Прием закончился.

Накрыли столы.

Началась гулянка. Стихийная. Скромная. Для жителей города решили празднества организовать чуть позже, так как не успевали раздобыть мясо и рыбу в должном количестве. Хорошо хоть вина хватало — два корабля из двадцати семи оказались им забиты под завязку…

— Что же вы творите? — тихо спросил Берослав у Маркуса.

— Такие дары, а ты, я погляжу, недоволен.

— Дары… — фыркнул он. — Вы все не оставляете попыток выманить меня отсюда?

— Не понимаю, чего ты так опасаешься?

— Хочу быть поближе к кухне и подальше от императора. Так жить спокойнее и сытнее.

— Ты думаешь, что я тебе поверю? — смешливо хрюкнул Маркус.

— Не правдоподобно звучит?

— Совсем.

— Ну ладно. Пусть так. Вы меня тянете в эту насквозь гнилую игру. Но их то зачем втравливаете? Они же совсем дикие! Они даже не поняли всей этой нехитрой разводки!

— Нехитрой? — переспросил, сенатор, который оказался внезапно совсем рядом.

— Все слишком в лоб. Цугцванг такое называется. Ситуация, при которой любой ход ведет к ухудшению положения.

Сенатор мягко улыбнулся.

— Скажете не так? Или предпочитаете называть это золотой клеткой?

— Отчего же клеткой? Ты входишь в элиту нашей державы, многое для нее сделав. Но есть правила. И чем-то придется поступиться.

— Конечно… — покивал Берослав. — Ты сам-то в это веришь?

Сенатор промолчал, сохранив невозмутимое выражение лица.

— Ты зря переживаешь, — произнес Маркус.

— Зря… конечно, зря. Свой среди чужих, чужой среди своих. Там, в Риме, коли я приеду, меня все будут ненавидеть. Но так и здесь очень скоро я окажусь в кольце врагов. Сначала из германцев да сарматов. А потом уже и своих, когда сюда явятся ваши чиновники и начнутся сборы налогов.

— Будь уверен — налоги никто собирать не собирается, — максимально серьезно произнес сенатор.

— Я должен верить устным обещаниям?

— В декрете Сената эти земли объявляются на особом положении. И все живущие на них людей освобождаются от налогов и повинностей.

— А что мешает Сенату издать новый декрет?

— Здравый смысл. Не нужно отдавать приказы, которые невозможно выполнить.

— Звучит не убедительно, — буркнул Берослав…

[1] Здесь, разумеется, все в русской огласовке и сокращенно. Вступление, безусловно, было совсем иным и куда большим. Но приводить его в тексте было бы занудно до неуместности.

[2] Луций Фурий Люпус (Lucius Furius Lupus) вполне реальный персонаж, известный по надгробным надписям. Точные годы жизни неизвестны, но ориентировочно жил в середине II века и как-то был связан с армией. Поэтому личность хоть и выдуманная, но «по реальным событиям», как любят говорить в кино — по мотивам, то есть.

[3]Agrippa Furius Faustus — Рожденный-с-трудом Фурий Удачливый; Titus Furis Ursus — Почетный Фурий Медведь.

Часть 3

Глава 7

— Куда⁈ Куда⁈ Твою ж… — пронзительный возглас мужчины прервался сочным шлепком.