Князь покосился на него и едва заметно усмехнулся. Будучи уверенный в том, что через месяц-другой у Марка Аврелия окажется самое детальное описание всех этих наблюдений.

Если они выживут, конечно.

В чем не было твердой уверенности. Даже у римлян. Иначе бы они не загоняли сюда разом два десятка кораблей, дабы все войско Берослава увезти разом к месту предстоящего сражения. И не дробить его. Видимо, тревожились. Сильно тревожились…

— Глядите, гёты! — воскликнул один из дружинников, указывая куда-то рукой.

Все оживились.

И верно — по правую руку от реки на бровку холма шагах в пятистах от берега выехал конный отряд. Всадников в двадцать на довольно неплохих конях. Явно не обычных степных.

— Ишь! — фыркнул Валамир. — Совсем дедовские заветы забыли.

— Какие заветы? Ты чего? — не понял Берослав.

— Как чего? Конные они, видишь? То простые соглядатаи. И те уже на конях. В былые же времена пешком ходили и вот так не красовались. Да и зачем? Поглядеть же надо — кто там идет и каким числом. Себя выдавать совсем необязательно.

— А может, в этом и замысел? — спросил Маркус, который вполне местный славянский язык понимал. — Может, они напугать нас хотят?

— Или отвлечь… — добавил князь.

Сам же стал крутить головой, то и дело прикладываясь к зрительной трубе. Вдруг они действительно привлекают внимание, позволяя своим товарищам совершить какую проказу? Например, сблизиться для атаки.

Но нет.

Чисто.

Да и этот отряд вскоре скрылся с глаз долой. Впрочем, ненадолго. Время от времени мелькая, явно сопровождая их до самого брода.

— Вон! Вон! Глядите! — крикнул кто-то из членов команды, указывая вдаль, но уже на левом берегу. А там даже невооруженным глазом можно было разглядеть малый лагерь с палатками.

— Это еще кто? — спросил Берослав, протягивая Маркусу зрительную трубу.

И тот ее охотно, но крайне деликатно принял. Как хрупкого младенца…

Если компас на римлянина произвел в свое время просто шокирующий эффект, то эта труба — вызвала почти что религиозный трепет. То, что она творила, казалось магией. Обычной такой. Будничной. Бытовой магией. Восторги Маркуса не знали пределов. Ибо, обладая цепким и находчивым умом, он мгновенно сообразил кому, сколько и почем можно будет продать сие изделие. И СКОЛЬКО это принесет денег.

Даже если отправлять эти трубы в Индию.

Про опасность копирования он не думал, полагая, что без участия богов ее изготовить не получится. Ибо стекло, что римское, что индийское, даже если и случалось прозрачным, отличалось достаточной неоднородностью. Свет оно пропускало — да. Но вот так ясно через него ничего увидеть не получилось бы, да еще с приближением…

В общем, взял в руки зрительную трубу. Поглядел в нее. И расплылся в улыбке воскликнув:

— Все же успели!

— Кто? Что?

— Да родичи твои из Александрии прислали наемников. Немного, но мы не в том положении, чтобы привередничать.

— И кого они прислали? Я толком не понял. Кажется, кто-то вроде наших сирийских лучников. И еще. Непонятно.

— Так они и есть лучники, сирийские. Где-то сотня. И столько же пращников с Балеарских островов.

— Ого! Те самые?

— Я вижу, ты наслышан о них.

— Более чем! Говорят, что они лучшие пращники в мире!

— Так и есть. Никто никогда лучше не встречал.

— Здорово! Просто отлично! Конницы бы еще… хотя бы пару сотен. — медленно произнес князь, вернув зрительную трубу и вновь тот лагерь рассматривая.

— И как их сюда доставить? — грустно усмехнулся Маркус.