— Живыми! Живыми взять! — крикнул Марк Аврелий, но было уже поздно. Эти бойцы работали жестко и очень быстро. Видимо, в отличие от преторианцев, имели богатый практический опыт, а не просто числились в привилегированном подразделении[1].

— Уходим, — твердо и решительно произнесла женщина.

— Куда⁈ А заседание Сената⁈

— Ты его не переживешь. Нужно уходить к верным войскам. Скорее.

— Все преторианцы подкуплены?

— Ты сейчас и здесь это хочешь выяснять?

Марк Аврелий ничего не ответил.

Просто кивнул и последовал за этой женщиной и ее людьми. Про цезаря они не забыли. Быстро перетянули рану. После чего подхватили под руки и потащили…

Шли быстро.

Стараясь избегать каких-либо площадей или значимых, оживленных улиц. По возможности. Хотя люди все одно — обращали на них внимание.

Впрочем, верховная жрица Исиды и не пыталась «играть» в мимикрию. Нет. Время от времени она специально останавливалась и представившись, сообщала, что преторианцы, подкупленные врагами Рима, напали на своего императора. За то, что тот пытался укрепить положение Сената, дескать, это мешало им воровать. Как тогда — на монетном дворе. И про древние свитки обязательно вворачивала, скрытые нечестивыми понтификами и фламинами, из-за проказ которых на державу упала Антонинова чума и прочие бедствия.

Она бы и в какую-нибудь крупную толпу с такими заявлениями залезла, но опасалась нарваться на преторианцев или иных лояльных заговорщикам вооруженных людей. Однако и этих «вбросов» вполне хватало — за ними быстро закипала волна народного гнева.

И если сразу за спиной верховной жрицы Исиды и ее людей шло не более чем бурление, то дальше — вдали — начинались уже раздаваться громкие крики. Весьма опасные в реалиях Рима.

— Не перебор? — спросил Марк Аврелий, после очередного «наброса на вентилятор», как выразились бы в будущем.

— Ты хочешь, чтобы они бросились в погоню за тобой, и завершили начатое?

— А как мне потом это бурлящее море успокаивать?

— Ой — это меньшая из бед. Сейчас нам нужно как можно скорее добраться до надежных войск.

— И где же мы их найдем? Ты сама сказала, что преторианцы меня предали.

— Кто-то из них. Кто — я не знаю. Пока не знаю. Но на Целийском холме нас примут.

— Ты уверена?

— Марк Бассай Руф был префектом Египта. — произнесла верховная жрица с очень многозначительным взглядом.

Марк Аврелий нахмурился.

Конный отряд преторианцев численностью в тысячу человек был очень кстати. С этими бойцами действительно можно было вырваться из Рима. Вопрос лишь в том — насколько эта женщина права.

На чьей стороне Марк?

Вопрос.

По происхождению он был бедным крестьянином из Италии. Пошел в легион. Дослужился до центуриона, а потом и дальше, сделав блистательную карьеру с самых низов. Такие люди обычно не предавали тех, кто способствовал их успеху.

Обычно…

Впрочем, эта женщина шла уверенно, поднимая за собой целую волну народного гнева. Уже сейчас было слышно, как Рим закипал, словно какое-то древнее чудовище. А где-то по правую руку маячил Палатинский холм, на котором располагались основные казармы преторианцев…

— Не успеют, — словно прочитав мысли Марка Аврелия, произнесла верховная жрица Исиды.

— Думаешь?

— Им сейчас должны донести о волнениях рядом с Капитолием и слухи о том, что ты выжил, а они предатели. Если в заговор вовлечено командование преторианцев, то они бросятся туда. Ведь тебе выгоднее всего оставаться в окружении сторонников.