– Нет‑нет, благодарю вас…

Генеральша пожала плечами и принялась при помощи всего одной лапы искусно готовить себе чай. Какое‑то время они сидели молча, а затем медведица заговорила сама:

– У вас есть вопросы, которые вы почему‑то не задаете.

– Не думаю, что в моем положении уместно докучать вам вопросами.

– Нет таких положений, в которых бы нельзя было задавать вопросы. – Генеральша налила себе чаю. – Самое главное, не торопить других с ответами.

– В таком случае, скажите мне, что здесь происходит?

By Сен сделала глоток:

– Я полагаю, вы уже сами догадались об этом. Это тренировочная армейская база.

– Подпольная.

– Разумеется, стань это достоянием гласности, нам тотчас попытались бы помешать.

– Но почему?

Генеральша откинулась к стенке и отпила свой чай.

– Почему – это слишком сложный вопрос. Могу я слегка упростить?

– Можете приводить любые доводы.

– В таком случае, самые простые. Несколько лет назад группа лидеров сообщества моро, и я в том числе, решили, что мы должны уметь постоять за себя.

– Постоять за себя…

– Взгляните на это шире. Отбросьте закоснелый стереотип, что моро с оружием в руках непременно террорист.

Медведица налила себе еще одну чашку.

– Если бы в наши планы входило заявить о себе как о политической силе… Вы видели, «террор» какого масштаба нам по плечу.

Она поднесла ко рту чашку и подула на поверхность жидкости.

– Поскольку большинство конгрессменов, стоящих на позициях угнетения и преследований моро, запятнали себя шесть лет назад своей причастностью к скандалу в ЦРУ, ситуация для нас стала меняться к лучшему. Вот мы сидим себе, ждем и надеемся, что наше вмешательство не понадобится.

– А для чего оно может понадобиться?

Медведица отхлебнула из чашки

– Для чего угодно, если только это нам покажется угрозой. – Генеральша поставила чашку и почесала культю. – А теперь моя очередь задавать вопросы.

Этому занятию генеральша By посвятила примерно около часа. Она держалась предельно вежливо, подходила к интересующим ее вопросам издалека, добродушно пошучивала и в то же время добивалась нужных ей ответов с настойчивостью бывалого агента. Где‑то в середине этой процедуры до Эви начало доходить, что By Сен прекрасно осведомлена и знает едва ли не всю ее подноготную. И хотя Эви нарочно уклонялась от точных ответов, говоря о природе пришельцев – она поступала так лишь потому, что не была уверена в реакции генеральши, – та, судя по всему, прекрасно поняла, что Эви уходит от ответа.

За восьмой чашкой чая медведица спросила:

– Итак, вы уверены, что эти «твари» действительно прибрали к рукам корпорацию «Ниоги»?

– Да, насколько в это можно верить без прямых свидетельств.

– Вы ставите меня перед дилеммой.

– То есть?

– Эти существа, по вашим словам, подкупали конгрессменов. Если я вас правильно поняла, они поставили себе целью приостановить технический прогресс?

– Верно.

– Для нас, моро, в этом случае возникает нежелательный побочный эффект. Подкупленные конгрессмены побеждают на выборах, выступая с враждебных моро позиций. Они нанимают к себе на службу таких типов, как афганы, чтобы доказать людям, какие в сущности подонки все эти моро. То есть, для нас ваши пришельцы в большей степени враги, чем пинки.

Эви кивнула.

– Вам интересно знать, в чем заключается дилемма?

– Да.

Генеральша довольно фыркнула:

– Вы так и не спросили, кто же финансирует наш зоопарк?

Эви понадобились считанные секунды, чтобы осознать суть вопроса:

– То есть, вас финансирует «Ниоги»?

– Если сказанное вами верно, то это проясняет многие вещи.