На лице Спенса отразилось тяжкое раздумье, но он опустил руки и позволил ей снять кобуру. Револьвер оттянул ей руку, и Тори растерянно спросила:

– Куда мне его положить?

– В шкаф. На верхнюю полку. – Он выглядел таким расстроенным, словно она забрала у него не револьвер, а нечто большее.

Она прошла в гардеробную и, прежде чем повесить пиджак на плечики, уткнулась носом в мягкую коричневую шерсть и вдохнула запах. Его запах. Неотразимо возбуждающий. «Я как настоящая жена, – с гордостью подумала Тори. – Помогаю мужу раздеться, приготовила ему постель, убираю его вещи…» На верхней полке она нашла еще одну кобуру, которую носят на поясе. В ней лежал «кольт». Холодок пробежал по ее спине, и душу царапнул страх. Хоть бы они ему не понадобились… Она вышла из гардеробной и с удивлением обнаружила, что Спенс стоит на том же самом месте, прижавшись спиной к двери. Она встретила его настороженный взгляд и мягко повторила:

– Если ты сядешь, мне будет удобнее обрабатывать рану. – Он не двинулся с места, и Тори, снова увидев растерянность и беззащитность в его глазах, добавила: – Я не кусаюсь.

– Почему ты делаешь это?

– Я хочу помочь. – Она и себе-то не осмеливалась сказать правду. А может, это и была правда: просто быть рядом и помогать.

По его лицу Тори поняла, что сейчас он попросит ее уйти.

– Прошу тебя… позволь мне помочь.

«Я не могу так сразу… мне надо набраться храбрости». Кинкейд вздохнул и кивнул, смиряясь с неизбежным. Он сел в кресло с таким видом, словно это был электрический стул и приговор сию минуту будет приведен в исполнение. Тори мокрым полотенцем протерла рану, затем смочила его виски и прижала влажную ткань к ссадине над бровью. От жгучей боли Спенс со свистом втянул воздух.

– Прости, – прошептала она.

– Ничего.

Он облизал губы. Ничего особенного, но Тори смотрела и вспоминала, как эти губы скользили по ее коже и какой у них вкус…

– Почему ты охотишься за Слеттером?

– Мне не нравится, когда уродуют красивых женщин. И не нравится, когда все вокруг уверяют, что негодяя нельзя призвать к ответу. – Спенс нахмурился, глядя мимо нее в занавешенное шторами окно. – Кто-то должен остановить этого мерзавца.

– Иногда ты меня удивляешь.

Спенс взглянул на нее без всякого выражения, как будто намеренно прятал свои мысли и эмоции.

– Потому что не подхожу под тот шаблон, который ты для меня придумала?

Тори молча смотрела на него. Приходится признать – она плохо знает этого человека. А может, это и к лучшему? Иначе окончательно потеряет голову. И тогда она не сдержит обещания и не позволит ему уйти из ее жизни.

Спенс вздохнул, она чувствовала его дыхание на своей руке.

– Как ты попала в миссию?

Тори взяла его левую руку и прижала полотенце к разбитым костяшкам пальцев. Резкий выдох – она вновь причинила ему боль. Но что же делать, так надо.

– Когда-то к нам пришла работать одна девушка. Она помогала на кухне. Она была ненамного старше меня. – Тори опустила глаза и снова занялась его рукой. – Однажды я увидела ее в саду. Она рыдала так, что разрывалось сердце.

– Почему?

– Она была беременна. Когда ей было шестнадцать, один человек уговорил ее уехать с родительской фермы в Канзасе – он пообещал ей работу. А оказался тем, кто продает женщин в бордели. Они ее, как она сказала, «попробовали» и отправили в Сан-Франциско. Матушка Ли спасла ее и помогла получить работу в доме моего отца.