— Да нет. Они на машине скрылись, при этом полностью уничтожили весь личный состав КПМ на въезде в Менделеевск. Четверых положили наповал, одного тяжело ранили.

— Вот дают ребятишки, — протянул Лобов. — Сейчас, наверное, их уже живыми брать уже не будут?

— Это как получится, — произнёс Лукин и побежал дальше.

Такого развития событий Лобов явно не ожидал.

— Что они творят! — подумал он. — Всё же было так хорошо спланировано. Почему остался жив водитель, убиты сотрудники милиции, ведь это не входило в их план?!

Лобов не на шутку испугался, не столько за них, сколько за себя лично. Теперь он уже жалел того таджика, которого он застрелил тогда в лесу. Лучше бы он заплатил ему через посредника и теперь бы вообще не думал бы об исходе этого дела.

Лобов подошёл к офису и, увидев стоявшего у машины Батона, приказал ему готовиться в рейс.

— Фомич, а куда поедем? — поинтересовался он у Лобова.

— Куда надо, туда и поедем, — отрезал Лобов.

Он вошёл в офис и, поднявшись к себе в кабинет, позвонил супруге.

— Валюша, ты прости меня, но мне срочно нужно уехать из города. Куда и насколько, я пока сказать тебе не могу. Как только остановлюсь где, я сразу же свяжусь с тобой.

Он положил трубку и вышел на улицу. Оглядевшись по сторонам, он направился к своему «Мерседесу». Машина резко тронулась и, подняв облако пыли, полетела по городу.

— Давай, Батон, гони на заимку, — произнес Лобов. — Заночуем там, а завтра видно будет, что делать дальше.

Машина летела по трассе, словно птица. Вскоре город скрылся в серой дымке пыли.

Лобов открыл дверь и вошёл в дом. Он быстро переоделся и вышел во двор. Около машины стоял Батон и протирал зеркала машины.

— Батон, сгоняй в деревню. Купи там хлеба, водки, ну, короче, что-нибудь поесть, — велел Лобов.

Батон с недовольным лицом сел в машину и поехал в деревню. Лобов вернулся в дом и сел в кресло. Пейджер, лежавший на столе, мелко завибрировал. Лобов взял его и стал читать бегущую по экрану строчку: «У нас дома обыск, много милиции, все спрашивают о тебе».

— Быстро они примчались, — подумал про себя Лобов. — Неужели Пух и Гаранин задержаны милицией?

Ему не хотелось верить в это, но по-другому он не мог объяснить себе, почему у него дома проводит обыск милиция. Он пошарил по ящикам стола и вдруг случайно наткнулся на бутылку с водкой. Водка была старой и, по всей вероятности, принадлежала ещё старому хозяину дома, но это лишь обрадовало Лобова.

Он достал стакан и налил в него водку. Открыв холодильник, он нашёл там банку икры из баклажанов и, открыв её, потянулся за ложкой. Выпив водку, заел её икрой. Взял в руки подаренный Ефимовым пистолет «Макаров» и взвёл его. Он ещё утром вспомнил свой странный сон, который ему растолковала старуха и понял, что она оказалась абсолютно права, сообщив ему о закате карьеры. Он поднял пистолет и поднёс его к виску. Ощутив холод металла, он положил пистолет на стол и задумался. Перед глазами Лобова всплыло лицо жены и маленького ребёнка. Чем больше он вглядывался в знакомые ему лица, тем больше и больше ему хотелось жить. Через минуту он понял, что застрелиться у него не хватит мужества, и, сунув пистолет за пояс брюк, направился во двор, где уже слышался шум подъехавшей автомашины.

«Мерседес» остановился около дома. Из машины вышел Батон. Открыв багажник, Батон начал разгружать покупки. Они занесли продукты домой и стали готовить обед. Батон взглянул на Лобова и словно случайно произнёс:

— Фомич, что-то произошло? Почему мы в спешном порядке смотались из города? Ты знаешь, все дороги перекрыты нарядами милиции с автоматами.