— Извините, Виктор Николаевич, дорога подвела. Автобус сломался, вот и задержался.

— У тебя табельное оружие с собой? — спросил я его. — Сейчас пойдём в ИВС к Лобову, а туда с оружием не пустят. Оставь его у меня в кабинете, и пойдём со мной в ИВС.

Гизатуллин посмотрел на меня недоверчиво, но всё же достал пистолет и положил его на край стола. Я положил пистолет в сейф.

— Ну что, Марат, пошли. Время не терпит.

Мы спустились с ним в ИВС. Увидев меня, дежурный вышел из комнаты и коротко доложил мне, что в ИВС всё спокойно, нарушений режима не выявлено.

— Сколько у нас свободных хат? — спросил я у дежурного. — Пустые камеры есть?

— Так точно, — по-военному доложил дежурный. — Свободна седьмая камера.

— Вот и хорошо. Закройте этого человека в эту камеру. Сначала обыщите его. Постановление о задержании Вам занесёт Гаврилов.

Гизатуллин был шокирован своим задержанием. Он всё ещё рассчитывал, что это шутка, однако после того, как его повернули лицом к стене, иллюзии на положительное развитие событий улетучились сами по себе.

— Ноги, ноги раздвинь, — произнёс помощник дежурного и сильно ткнул Гизатуллина в область почек.

Гизатуллин охнул и затем уже моментально исполнял все команды, которые следовали одна за другой.

— За что, Виктор Николаевич? — спросил он у меня. — Вы объясните причину задержания? По-моему, я ещё офицер и сотрудник уголовного розыска.

— Вы ошибаетесь, Гизатуллин. Согласно приказу министра, Вы уволены из органов внутренних дел ещё вчера вечером. А это значит, что Вы не являетесь ни сотрудником МВД, ни тем более офицером. Причина Вашего задержания — продажа двух похищенных в Ижевске автомашин, которые были использованы бандитами Лобова для совершения ими преступлений, в том числе и убийства депутата Государственного Совета республики Шигапова Анаса Ильясовича. Надеюсь, я не открыл Вам ничего нового. Теперь Ваш срок в Ваших руках. Боритесь за минимум, большой срок Вы не вытянете. Судя по Вашим глазам, у Вас проблемы с почками.

Я молча вышел из ИВС и направился к себе в кабинет.

Вечером Хромов узнал о задержании своего сотрудника в Казани. Он долго сидел перед телефоном, не решаясь позвонить в МВД. Наконец, набравшись мужества, он связался с начальником управления уголовного розыска Фаттаховым. Тот, недолго думая, предложил ему связаться по этому вопросу со мной. Хромов, пересилив себя, набрал мой номер телефона.

— Здравия желаю, — произнёс он. — Виктор Николаевич, просветите меня, пожалуйста, за что Вы задержали моего сотрудника Гизатуллина Марата?

— Ваш сотрудник Гизатуллин продал Лобову две похищенные в Ижевске автомашины, которые были использованы Лобовым в преступных целях, — произнёс я спокойным голосом.

— Виктор Николаевич, если не секрет, откуда у Вас подобные сведения? — поинтересовался он.

— Эти показания дал Лобов в своей явке с повинной.

— Вы верите Лобову? Вам не кажется, что Лобов мог свободно очернить этого сотрудника. Насколько я знаю, Марат Гизатуллин раньше закрывал Лобова на трое суток и работал с ним довольно плотно и жёстко.

— Геннадий Алексеевич, я не думаю, что Лобов говорит неправду. Зачем ему это? Я сам ещё не работал с Гизатуллиным, и поэтому пока говорить о его виновности не буду. Однако дыма без огня не бывает.

Я немного подумал и, чтобы как-то подсластить горькую пилюлю, сообщил ему о том, что сегодня нами уже был задержан начальник службы участковых инспекторов города Менделеевска. Он тоже был задержан по показаниям Лобова и во всём признался.

— Вот сволочь, — произнёс Хромов.