— Вот сволочь, — произнёс Хромов. — Сначала подтягивает людей к себе, а затем сдаёт.

— Что сделаешь, человек сам выбирает себе друзей. Я думаю, что он ещё много расскажет нам о своих связях с милицией и другими правоохранительными органами.

Я положил трубку, считая, что мой разговор с Хромовым закончен.

Хромов встал из-за стола и открыл сейф. Взяв из сейфа бутылку с водкой, он налил себе полстакана и выпил. Закрыв сейф, он снова вернулся за стол. Он сел в кресло и задумался.

— Интересно, сдаст он меня или нет? — подумал он.

Лобов как-то, во время гулянки, проболтался Хромову о том, что он располагал большим арсеналом компромата в отношении многих руководителей города, в том числе и против него. Тогда Хромов не уделил особого внимания этой пьяной болтовне, однако сейчас эти высказывания начинали тревожить.

— Что он может знать обо мне? — подумал Хромов. — О моей связи с Вершининой он уже писал в МВД, тогда что ещё?

От этих раздумий у него заболела голова. Хромов понял, что он начинает загонять себя в угол, начинает, как говорят зека, гнать, однако он уже не мог остановиться.

— Ну что он может знать про меня? — настойчиво думал он.

Хромов перебирал в голове все те моменты, когда он осознанно нарушал закон, стараясь определить, знает Лобов об этом или нет. Он снова встал из-за стола и подошёл к сейфу. Налив в стакан очередную дозу спиртного, он неожиданно для себя подумал:

— А вдруг это последний стакан? Приедет завтра Абрамов, наденет наручники и увезёт к себе в Казань…

Он испугался этой мысли. Взяв в руки бутылку, он долил водки в стакан и залпом выпил.

— Будь что будет, — подумал он и стал собираться домой.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Мы выехали рано утром. Со мной в машине находился Гаврилов, а в милицейской «буханке» были Лобов, два милиционера-конвоира и следователь республиканской прокуратуры Васильев. Прибыли мы в Елабугу около девяти часов утра. Я вышел из машины и сразу же направился в отдел милиции. Предъявив удостоверение личности, я поинтересовался у дежурного, на месте ли начальник отдела.

— Извините, товарищ подполковник, начальник милиции пока ещё не подошёл, — отрапортовал мне дежурный по отделу.

— Вот тебе и провинция, — подумал я. — А говорят, что в маленьких городах рабочий день наступает с восходом солнца, видно, врут люди.

Я вышел на улицу и направился к своей машине. Пока я разговаривал с Гавриловым и инструктировал его, ко мне подбежал начальник уголовного розыска Антонов.

— Какими судьбами, Виктор Николаевич? — поинтересовался он у меня.

— Спите много, Павел Григорьевич, — произнёс я. — Скоро не то, что банду Лобова, Россию всю проспите.

Антонов начал мне что-то говорить, пытаясь оправдаться за столь поздний приход на работу, но я не стал его слушать и попросил срочно разыскать начальника милиции или его заместителя по оперативной работе.

— Я сейчас, мигом, — сказал он и бегом бросился в здание отдела милиции.

Минут через тридцать «Волга» начальника милиции остановилась рядом с нашими машинами. Судя по внешнему виду начальника, я догадался, что он накануне сильно поддал. Лицо начальника было сильно помято, а мешки под глазами говорили о проблемах с почками.

— Давно ждёте? — поинтересовался он у меня. — Проездом или к нам в гости?

— Геннадий Алексеевич, мне нужен кабинет. У меня в машине Лобов, мы будем проводить следственный эксперимент с его участием.