Свернув с трассы, мы поехали в сторону Менделеевска. Вскоре мы свернули с дороги и углубились в лесной массив. Проехав по лесу километров десять, мы остановились у небольшого дома, стоявшего в этой чаще.

Лобов вышел из машины и направился к северу от дома. Пройдя метров триста, мы упёрлись в большой довольно глубокий овраг, поросший густым кустарником. Вскоре мы увидели такое, от чего удивился не только я, но и следователь республиканской прокуратуры. В кустах стояло два БТР-80. Это было словно сон, в который не хотелось верить. Мощи преступной группировки Лобова было достаточно, чтобы штурмом взять любой государственный объект или освободить осуждённых любой колонии республики.

— И с кем ты, Лобов, воевать собирался? — поинтересовался я у него.

Он улыбнулся, обнажив свои красивые ровные зубы и произнёс, то ли шутя, то ли всерьёз:

— Это для охоты, Виктор Николаевич. Вы загляните, что в машинах.

Гаврилов забрался на БТР и, открыв люк, залез внутрь. Через минуту он высунул голову из люка и, позвав одного из конвоиров, велел ему принимать груз. Он передал ему крупнокалиберный пулемёт Владимирова и две коробки с патронами. Из второго БТР, помимо пулемёта и патронов, Гаврилов достал ещё и одноразовый гранатомёт «Муха». Всё это мы погрузили в машины и, не останавливаясь больше нигде, поехали в Казань.

Утром меня вызвал к себе Фаттахов. Выслушав мой доклад, он повёл меня к Костину.

Костин, увидев меня, встал из-за стола. Он пожал мне руку и пригласил присесть. Я доложил ему о результатах проведённой операции по разоружению преступной группировки Лобова.

— Ты знаешь, я не думал, что тебе удастся сломать Лобова. А ты не только его сломал, но и заставил его полностью капитулировать. Сидите здесь, я сейчас к министру на минутку заскочу.

Он вышел из кабинета, оставив нас с Фаттаховым вдвоём.

— Ринат, нужно срочно перегнать эти БТР куда-нибудь, ну хотя бы в ближайшую воинскую часть. Не дай Бог, угонит их кто-нибудь из людей Лобова.

— Не переживай, Костин уже с утра распорядился об этом.

В кабинет заглянул Костин и жестом приказал нам подняться и проследовать за ним. Мы направились вслед за Костиным и вошли в кабинет министра.

Министр встал из-за стола и крепко пожал нам руки.

— Давай, Виктор Николаевич, докладывай о своей победе, — сказал он.

Я сел на стул и, достав из кармана свой блокнот, начал докладывать.

— В результате проведённых оперативно-розыскных мероприятий у преступной группировки Лобова было изъято: два БТР-80 с вооружением и боекомплектом на тысячу выстрелов. Помимо этого: три гранатомёта «Муха», три ручных гранатомёта с пятнадцатью выстрелами, тридцать три гранаты Ф-1 и Ф-2, шестнадцать автоматов Калашникова, две винтовки СВД, одиннадцать пистолетов Макарова и один пистолет Марголина, а также большое количество патронов различного калибра.

Министр смотрел на меня, не веря в эти цифры.

— Юрий Васильевич, ты понимаешь, что мы ликвидировали? Этого оружия хватило бы вооружить чуть ли не сотню бойцов. И это вооружение одной лишь группировки.

Костин в ответ закивал головой, а затем, глядя на министра, произнёс:

— Ильдар Хамитович, необходимо что-то делать с Хромовым. Мне до сих пор непонятно, как он, старый оперативник, не заметил у себя под носом такую мощную группировку.

Попросив разрешения у министра, я добавил к словам Костина:

— Я ещё месяц назад разговаривал с Хромовым и предупреждал его о наличии у него в городе преступной группировки Лобова, однако Хромов проигнорировал моё сообщение, и, как следствие этого, погибли наши товарищи. Я согласен с заместителем министра, если Вы не примете меры в отношении Хромова, то Москва Вас просто не поймёт.