— Виктор Николаевич, да Вы не волнуйтесь, я же Вас ни в чём не обвиняю, — сказал Ильин.

— Слава Богу, что Вы меня ещё не обвиняете. Мне было достаточно одного обвинения со стороны прокуратуры республики, когда они возбудили против меня уголовное дело.

— Серьёзно? — удивлённо спросил он меня.

Он сыграл бездарно и я сразу понял, что он лукавит, делая вид, что не слышал об этом деле.

Я встал со стула и протянул Фаттахову явку с повинной Муратова.

— Ринат Бареевич, почитайте, много интересного он там написал, — сказал я и направился на выход из кабинета.

— Приятно было с Вами побеседовать, — попрощался Ильин.

— А мне — напротив, — ответил я и вышел из кабинета.

Фаттахов зашёл ко мне через час. Он не скрывал довольную улыбку и поэтому сразу же, с порога, произнёс:

— Ну, ты и даёшь, Виктор Николаевич. Ты как многостаночник, за что ни возьмёшься, всё сделаешь как надо. Сейчас иду от министра, могу сказать, что он очень доволен твоей работой, и насколько я понял, он готов назначить тебя начальником управления по борьбе с организованной преступностью хоть сегодня.

— Спасибо, Ринат, — произнёс я, — мне достаточно и устной благодарности, иной, я думаю, не дождусь.

— Ты на что это намекаешь? — поинтересовался он у меня. — В отношении награды, что ли? Он в этом не виноват, всё, что от него зависело, он сделал, теперь бумаги в Москве.

— Москва как яма, там столько моих наградных листов затерялось, что у меня создалось впечатление, что мои наградные листы они используют вместо туалетной бумаги.

— Да ты не переживай, в этот раз, я думаю, всё будет нормально. Я тебе специально не говорил о том, что министр МВД России прислал телеграмму, где потребовал наградить наиболее отличившихся в ликвидации этих двух бандитских группировок.

— Посмотрим, Ринат.

— Кстати, Виктор Николаевич, ты за что так побрил Ильина? Я Илью знаю давно, парень он вроде бы неплохой.

— Васильев Славка тоже вроде бы был неплохим парнем, а видишь, как всё повернулось. Поэтому я сейчас придерживаюсь одного принципа, упаси меня Боже от друзей, а с врагами я как-нибудь разберусь и сам.

— Не узнаю я тебя, Виктор Николаевич. Ты стал каким-то колючим, замкнулся в себе. Это нехорошо.

— Ринат, а что сейчас хорошо? Смотри, что с государством делается. Где государственные институты? Все повязаны на одних деньгах, думают, что всё можно купить на эти деньги. Я никогда никого не бил, но и здесь за деньги они меня хотели поставить на колени, и если бы я не подстраховался, то наверняка сейчас бы сидел в хате рядом с Лобовым.

— Да брось ты, Виктор, сгущать краски. Кто бы тебя посадил?

— Нашлись бы люди, посадили бы с удовольствием.

Фаттахов промолчал на моё замечание и, повернувшись, вышел из кабинета.

Утром следующего дня я вместе с сотрудниками управления выехал в Альметьевск. Дорога заняла более трёх часов. Прибыв в город, я прошёл в кабинет начальника городского отдела Грошева. Поздоровавшись с ним, я поинтересовался обстановкой в городе.

— Игорь Александрович, — обратился я к нему, — мне необходимы Ваши люди для проведения серии обысков и задержания активных участников бандитской группировки.

— Виктор Николаевич, Вы что, развалили Муратова? — поинтересовался он у меня. — А у нас здесь пока тупик. Ваши ребята из управления по борьбе с организованной преступностью пока никого не развалили. Сегодня с утра они задержали моего заместителя Аркадия Семёновича Панкратова.